– А может големы? Причем в большом количестве.
– Это вряд ли.
– Почему?
– Кандидаты Ортега мочили Епископов Кирсана в Доме Исхода, а туда голема не протащишь. Значит козырь какой-то другой. – Крыть было нечем и Денис замолчал, лихорадочно пытаясь догадаться что же за вундерваффе приготовил им зловред Негро и примкнувший к нему Ортег, но ничего подходящего в голову не приходило. Его размышления прервал насмешливый голос верховного главнокомандующего:
– Не парься. Ты еще увидишь горящие боевые корабли на плече Ориона!
– А это еще откуда!?
– «Бегущий по лезвию бритвы».
– А-а-а! Точно.
К моменту, когда кавалькада достигла загородного дворца Епископа Ортега, в баррикаде, составленной из мертвых тел, уже были проделаны проходы. Вышколенные солдаты из легиона внутренней стражи путь расчистили, но внутрь не сунулись – не было приказа. Да и боязно – как ни крути, а хозяин замка – Архимаг и какие ловушки он там понаставил одному богу известно.
Да впридачу, внутри еще четыре Архимага, встречаться с которыми у простых солдат никакого желания не было. Впрочем, как и с любыми другими магами тоже – прожарят, как барашка на вертеле и вся недолга. А то, что защитные амулеты имеются, так они так… – возьми боже, что нам негоже, у офицеров-то они получше – может и спасут кого, а на солдатские особой надежды нет – китайский ширпотреб, он и на Сете китайский ширпотреб. Так что без приказа, ни шагу назад! Тьфу ты… – вперед. Кстати говоря, вся вышеперечисленная мотивация… точнее демотивация относилась и к армейским магам, так же излишним энтузиазмом не страдавшим.
«Интересно, чем они друг дружку ухайдакали? – озадачился Денис, когда, спрыгнув с коня, приблизился к валу из мертвых тел. – Раны, если и есть, то не у всех. Некоторые, вон, совсем целенькие, без дырочек – шкурка не попорчена. Магия однако…»
«Как-то ты, братец, очерствел, – немедленно попенял ему внутренний голос. – Тут гекатомбы жертв… геноцид мирного населения, а тебе хоп что. Нехорошо…»
«Какое мирное население? – удивился Денис. – У каждого в руке какая-нибудь железяка имеется, так что никакой это не геноцид, а свободное волеизъявление граждан» – хмыкнул старший помощник.
«Ага…ага… – ухмыльнулся в свою очередь голос. – Ты еще скажи: спор хозяйствующих субъектов»
Денис отвечать не стал, потому что зазвучали воинские команды, заревели трубы, забегали вестовые, масса людей пришла в движение и началась операция по принуждению Епископа Ортега к миру – тут уж не до дискуссий с внутренним голосом на отвлеченные морально-этические темы – надо смотреть в оба, чтобы не задавили, ибо наступающая манипула тяжелой пехоты в этом смысле не лучше танка… или не хуже – как правильно сказать?
Полевой штаб организовали непосредственно у одной из дверей полуночного фасада дворца. Первые донесения после того, как внутренняя стража начала зачистку, начали поступать минут через десять, последние гонцы прибыли минут через двадцать. Смысл всех донесений сводился к следующему: первый этаж пуст. Пуст в том смысле, что живых не обнаружено, а так-то несколько обгорелых трупов, утыканных стрелами, как подушечки для иголок, были найдены. Это из ожидаемых результатов зачистки-разведки.
Были и неожиданности. Их можно было разделить на две категории. Первая – ожидаемые неожиданности. Вторая – неожиданные неожиданности (пардон за тавтологию, но именно так все и было на самом деле).
К первой категории – ожидаемых неожиданностей, относилось то, что первый этаж был значительно перестроен: коридор, который опоясывал все здание по периметру значительно сузился, никаких двадцати дверей, ведущих в бальный, а предположительно – в заклинательный зал и в помине не осталось, а к единственной двери, ведущей в зал, расположенной с полуденной стороны, вел широкий, даже можно сказать – широченный коридор, шириной локтей в сорок. Ясное дело, что оборонять единственный проход легче, чем двадцать, и эта новость, вполне логично, была отнесена к ожидаемым неожиданностям. Непонятно было другое – зачем было делать такой широкий коридор? Чтобы легче было наступать широким фронтом? Непонятно…
Еще к ожидаемым неожиданностям относилось то, что прикоснуться к двери было невозможно. По словам легионеров, армейских магов и, сделавших контрольную попытку Епископа Эрлена-ар-Ависа, невидимая пленка, натянутая на расстоянии где-то в полногтя от двери, пружинила, подавалась, но не позволяла не то что вскрыть проклятую дверь, а и дотронуться до нее. Кирсан на это только махнул рукой – мол, разберемся.