«Что же делать?.. Что же делать?.. Что же делать?.. А вот что… Перво-наперво, надо попробовать отследить есть все-таки это глубинное течение, или нет. Может вся эта тревога – ложный вызов. Однако, чтобы не полагаться на авось, придется нырнуть вслед за уходящим на дно яликом и посмотреть. – Мастер войны ш'Эф мог погружаться без акваланга на двести метров. Он надеялся, что этого хватит. – Если течение все-таки есть, то придется карабкаться на берег и как можно быстрее уходить посуху. Самое противное, что некроманты наверняка перебросят какие-нибудь группы захвата кроме порта и на скалу, в место наиболее вероятного появления незваных пришельцев. Так что и карабкаться и уходить придется галопом.
Так… а если течения все же нет, что тогда? Тогда в силе остается модифицированный план „А“. Защитное плетение обходим по скале, а не подныриваем, а дальше, как планировали – возвращаемся в воду, усаживаемся на плотики и вперед, в порт. И остается надеяться, что там нас не ждут, а ищут в районе рыбацкой деревушки».
Все эти, довольно длительные, рассуждения промелькнули в голове верховного главнокомандующего за одно мгновение. Вернее, даже не так – не было цепочки рассуждений типа: «если – то – иначе», мозг все-таки, к счастью, или к несчастью, не компьютер. Обработка информации происходила несколько по другому. Главком услышал вопрос старшего помощника и у него в голове мгновенно сложился пазл – он понял, что надо делать.
– К берегу, – скомандовал командор.
Компаньоны дружно взялись за весла и через несколько секунд ялик коснулся скалы. Гладкая каменная стена уходила вертикально вверх, словно была не творением природы, а облицованной гранитом набережной в городе, где жили великаны. Именно, так, почему-то, на мгновение показалось Денису. Через секунду наваждение прошло – камень под ладонью был неровный и выщербленный, изъеденный временем. Если это и была набережная, то самого города не существовало уже миллионы лет, а от его обитателей не осталось даже воспоминаний.
«Это ж надо, какая хрень в голову лезет!» – удивился самому себе старший помощник и выкинул посторонние мысли из головы, настраиваясь на работу. Верховный главнокомандующий тоже был хмур и собран. Он пристально взглянул на старшего помощника и отдал четкий и однозначный приказ, так ценящийся во время всяческих форс-мажорных обстоятельств.
– Поднимись немного выше ее, – кивнул на огненную сеть главком, – и жди меня.
Денис активировал шкиру, вскинул рюкзак, включил режим «муха» и полез на стену. Конечно, он мог бы и без шкиры, недаром был Пчелой, пусть даже и красной, но тут, как в анекдоте про Вовочкиного папу и быка – папа может, но бык лучше. Что ни говори, а в шкире было удобнее.
Командор, в свою очередь, дождался момента, когда старший помощник окажется на скале и пробил дно лодки. Ялику, в отличие от галеры, топора не потребовалось – хватило удара ногой. Маленький кораблик начал медленно и печально заполняться черной водой. Все шло согласно планам партии и правительства, однако скорость процесса главкома не устраивала – интуиция явно подсказывала, что время уходит. Надо было торопиться.
Мастеру войны ш'Эфу, впрочем, как и любому другому Мастеру войны не требовалось времени на подготовку к погружению. Ему не требовалось проводить гипервентиляцию, выравнивать внутриушное давление, очищать сознание, и проводить прочие подготовительные мероприятия.
Ведь, если для спасения, или преследования, нужно прыгнуть в колодец, погрузиться метров на сто, протиснуться в узкий тоннель, проплыть по нему метров сто, а затем выбраться на свет через такой же глубокий колодец, как тот, через который пришлось уходить, то наседающий враг не будет интересоваться, готов ты к погружению, или тебе надо пару минут, чтобы настроиться. Он просто ткнет тебя мечом в спину, или перечеркнет автоматной очередью. Да и убегающий враг не станет дожидаться, пока ты продышишься. Поэтому, Мастер войны, был как пионер – всегда готов.
Интуиция подгоняла командора и для ускорения процесса он нанес ни в чем не повинному транспортному средству еще два удара, тем самым значительно расширив пробоину. Дело пошло веселее и секунд через десять ялик начал погружаться в черную пучину. Шэф, подобно контр-адмиралу Иногути, отказавшемуся покинуть тонущий линкор «Мусаси», остался на ялике. Со стороны это выглядело очень эффектно – медленно уходящая под воду лодка и неподвижная черная статуя, застывшая возле мачты.