Мастер войны ш'Эф пришел в себя. В буквальном смысле. Однако положение было критическим – черные, изъязвленные временем и соленой водой, борта галеона уже нависали над головой, а до черной дымки оставались считанные метры. И все же дымка еще не коснулась ног главкома, а самое главное лопнул стальной обруч, сковывавший мозг командора. Темная дымка уже не вызывала ужас, парализующий силы и волю. Темная дымка стала обычной опасностью… точнее – необычной, раньше с такой Шэф не встречался, но от остальных она отличалась только степенью. Была несколько поболее других, встреченных раньше – это да, не поспоришь, а так – ничем. Заработали инстинкты и наработанные навыки – при встрече с опасностью надо драться, или бежать. В данном случае – бежать! Верховный главнокомандующий минимизировал восходящий канал, сбросил вес, взвихрил ластами черную, стоячую воду, завис на секунду и пошел на всплытие.
Но, темная дымка не привыкла отпускать добычу, которую уже считала своей. А пожалуй, даже не так, правильней будет: темная дымка никогда не отпускала добычу. Ударная волна парализующего ужаса снова ударила по командору. Этот ударный механизм, рожденный на заре мира, когда и пугать-то было некого, разве что горячие звезды, а их не очень-то напугаешь, а до рождения первой твари, способной испугаться, оставались мириады лет, осечек не знал. Однако, все на свете случается впервые – впервые случилась и осечка. Активированная шкира, сознание Мастера войны ш'Эфа, поднятое в кадат и его железная воля… а может и наоборот: железная воля Мастера войны ш'Эфа, его сознание, поднятое в кадат и активированная шкира отбили атаку страха, пытающегося сковать стальными оковами душу, разум и тело. Волна паники настигла командора… и стекла с него, как стекает вода с промасленной бумаги. Главком лишь быстрее заработал ластами, хотя мгновение назад казалось, что быстрее невозможно. Это еще раз доказывает, что возможно все, что захочешь, а особенно – сильно захочешь. Жить захочешь – не так раскорячишься!
Живая торпеда рванулась вверх, но и черная дымка не исчерпала все свои доводы. Так быстро сдаваться она не собиралась. Вернее, она вообще не собиралась сдаваться. Вслед командору выстрелил жгутик тьмы и обвил ему ноги. Отпускать свою добычу темная дымка не планировала. Физическая атака подкреплялась ментальной. Снова черное уныние чуть было не затопило сердце Шэфа, но именно, что – «чуть было». Главком тоже не собирался капитулировать. Нашла коса на камень. Кадат любил командора, а Шэф верил в безграничные возможности кадата. Ну, что ж… – каждому по вере его. В тот самый миг, когда щупальце черной дымки потащило командора вниз, чтобы включить в состав экипажа Эскадры Мертвых, Шэф исчез – будь благословенен кадат, а вместо него появилась электрическая медуза, чей боевой потенциал на два порядка превышал аналогичный у самого крупного земного электрического угря!
И командор мгновенно пустил его в дело. Он четко, как наяву, увидел, как медуза оплетает своими многочисленными щупальцами поганый отросток черной дымки, увидел, как она наращивает электрический потенциал до максимально возможной величины, увидел, как она производит разряд. В тот же миг щупальце черной дымки отпустило Шэфа и отдернулось. Раздался вопль, который мог бы издать младенец, случайно схвативший осу, забравшуюся к нему в колыбельку и получивший на это адекватный ответ. Вот только вопль черной дымки превышал младенческий порядка на два-три, если не больше. Превышал и по интенсивности, и по спектру. Вопль черной дымки содержал самые опасные ультра и инфразвуковые гармоники и сам по себе был оружием. Скажем честно – был бы командор без шкиры – остался бы в Мертвом Море навсегда. Но, история не знает сослагательного наклонения. Шэф был в шкире, и у шкиры не были разряжены батареи.
Как только датчики шкиры зафиксировали превышение порога акустического воздействия, в ней сработал механизм аналогичный инстинкту самосохранения у человека. Шкира установила, что заряд батареи отличен от нуля и провела экстренную принудительную активацию. В случае экстренной принудительной активации стандартный алгоритм приведения шкиры в боевую готовность менялся. В этом случае не проводилось тестирование всех активных подсистем с целью выявления и устранения накопившихся сбоев и ошибок. Вместо тестирования, на основание информации о причинах запуска режима экстренной принудительной активации, немедленно запускалась соответствующая подсистема. В наших конкретных обстоятельствах была активирована подсистема защиты от травмирующих акустических воздействий. Уши командора, да и весь организм в целом, были спасены от убийственного – в полном смысле этого слова, вопля «гигантского злобного младенца».