По всему выходило, что такого быть не могло. Несмотря на нежный возраст, маленький Ставрас хорошо знал обитателей Великой Степи, – человек всегда хорошо знает свою среду обитания, – если ты живешь в городе, то ты знаешь, что хмурый дядька, торгующий на ближайшем углу свежей рыбой, несмотря на свою внешность, – добрый человек, а улыбчивого, симпатичного Эрика, по кличке Блондин, лучше обойти за версту, – может покалечить ни за что, просто так, – все с той же приятной улыбкой. Так и в степи, – Ставрас знал, что даже сытый степной лев, никогда не откажется от того, чтобы перекусить нежной человечинкой, – трое людей из их рода пошли на обед Хозяину Степи… Почему лев подарил ему жизнь Ставрас не знал, поначалу он часто вспоминал про этот случай, потом воспоминание подернулось дымкой забвения, но вот сейчас он снова увидел глаза, встретившегося ему в детстве, степного льва. И хотя цвет был серый, а не желтый, но Ставрас дал бы руку на отсечение, что это те же глаза! Вот и взбледнул немножко…
– Нет пир… как можно… такие клиенты!.. как ты мог подумать… да никог…
– Ты видел, что камень менял цвет на красный? – прервал его главком.
– Да-а…
– Это означает, что они больны…
– Я не знал… я бы никогда…
– Верю. Еще есть? – хмуро поинтересовался верховный главнокомандующий.
– Есть… но… – бородач изобразил лицом и пальцами, что есть-то есть, но… – не то, – явное не то…
– Веди всех. Разберемся.
На этот раз распорядитель притащил шестерых девиц, единственным достоинством которых была молодость. Они явно уступали в привлекательности предыдущей партии, причем в хитонах из них были только две, остальные четыре – в грязных платьях и передниках – складывалось впечатление, что их привлекли на кастинг прямо с кухни, или еще откуда… Это предположение подтвердило отношение «безхитонных» к тестированию – они принялись визжать и остановил их только суровый окрик чернобородого. Результат осмотра был не то что бы совсем провальный, но-о… скажем так – не сильно удачный: четыре красных карточки и две синих. Причем в «финал» вышли именно те две «кухарки», которые наиболее интенсивно визжали в процессе незаконного осмотра.
– Это все? – спросил Шэф с таким видом, что с приплатой, он так и быть разрешит этим замарашкам остаться и начистить сапоги, – больше они ни на что не сгодятся.
– Все! – твердо ответил Ставрас, демонстрируя в ответе, что колодец вычерпан до дна! Ресурсы исчерпаны! Не хочешь, не бери – дело хозяйское. Остались только банщики… или козы. Выбирай!
– Ладно, – махнул рукой главком, оставляй этих, и он показал пальцем на «золушек», проскочивших на синий.
– Делать все что прикажут господа! – грозно сверкнув очами, начал инструктаж чернобородый. – Если они пожалуются…
– Ставрас, мы сами разберемся… – мягко остановил его Шэф, – лучше скажи, кто будет стирать?
– Я сам заберу, и сам принесу чистое, – с этими словами бородач протянул главкому большой мешок. – Сложите сюда что нуждается в стирке и поставьте за дверь. Командор внимательно взглянул на него, как бы спрашивая: «Осознает ли он меру ответственности?» Ответным взглядом Ставрас дал понять, что мол: «Не извольте беспокоиться ваше высокоблагородие!» После этого он скрылся за дверью в сопровождении своих четырех помощниц, не прошедших кастинг.
– Ну-у… давайте знакомиться, – обратился верховный главнокомандующий к оробевшим девицам, которые молча теребили края своих фартуков, опустив глаза. – Лорд Атос, северный варвар.
– Лорд Арамис, оттуда же.
– Ада я, господин, – несмело улыбнувшись, стрельнула глазками в Дениса одна из девиц.
– А я Геля… – представилась вторая.
– Так барышни, набирайте горячую воду и мойтесь, – распорядился главком, начиная разоблачаться. – Когда помоетесь, наберите чистой… мы скоро.
– Интересно… а сапоги они вычистят… – задумчиво пробормотал Денис, раздумывая совать обувку в мешок, или нет.
– Вычистят, господин, вычистят! – отозвались девицы хором. Все их смущение куда-то делось и сейчас они, весело переговариваясь и хихикая, ждали когда ванны наполнятся.
«И на хрена было визжать?» – с усмешкой подумал Денис.
«Для порядка-с!» – важно ответил внутренний голос, поражаясь бестолковости хозяина.
«Вот бы я без тебя не догадался!» – ухмыльнулся Денис, беззастенчиво разглядывая Аду и Гелю, сбросивших свои лохмотья и готовящихся сигануть в воду.
Ну-у… что можно было про них сказать, – молодые пышки. Обе невысокие, полненькие, коротконогие… не модели однозначно, но… на безрыбье… Как говорится: от судьбы не уйдешь! Дело было в том, что в той, далекой, «довоенной» молодости на Земле, Денис чем-то интриговал девушек определенного плана: мечтательных, не очень красивых и пухлых. Почему мечтательные, не очень красивые девушки, которые хотели с ним спать, были поголовно пухлыми, осталось для него загадкой. Сам он никогда, никаких, телодвижений для сближения не предпринимал и этим «тургеневским барышням» приходилось придумывать самим способы для знакомства.
Особым разнообразием эти способы не отличались – он был умный, хорошо учился и надо было просто прикинуться дурочкой, или не скрывать этого приветствуемого в девушках качества, и просить помощи в учебе. Денис никому не отказывал, он был добрый, и когда его укладывали в постель, не сопротивлялся, чтобы не обижать людей. Он считал девушек людьми, и за это на Страшном Суде ему многое скостится! Определенное удовольствие он конечно получал, – кто бы спорил, но нравился ему совершенно другой тип девушек: высокие, стройные и красивые. Подойти первым, к понравившейся ему девушке, отвечающей вышеупомянутым критериям, он боялся, ожидая отказа и насмешек. Может и напрасно, кто теперь знает… Короче говоря – не имея гербовой, пользовался простой. Все они, как-то незаметно, исчезали из его жизни, а их номера в мобильнике он стирал… и вот, на тебе! – снова появились!
Чтобы привести в порядок шкиры, много времени не потребовалось, – промыл с лицевой стороны; вывернул, – промыл с изнанки, – все! Никаких моющих средств и усилий для этого не требовалось, – на Тетрархе умеют делать качественные нанотехнологические изделия. Покончив со «стиркой», компаньоны немножко потусовались в прохладной воде и вернулись в баню, где в ваннах их ждали теплые, упругие мочалки, шершавыми у которых были только ладони и пятки, а все остальное мягким и нежным.
Обслуживанием напарники были вполне удовлетворены, – так прямо они и сказали Ставрасу, принесшему выстиранную одежду. Аду и Гелю никто ни о чем не спрашивал, но по их счастливому виду можно было предположить, что и они остались не менее довольны. Напоследок девушки получили по серебряной монете, ласковому шлепку по попе и с радостным хихиканьем покинули помещение.
– Сколько с нас? – поинтересовался верховный главнокомандующий. Чернобородый на секунду замялся, а потом твердо сказал:
– Пять серебряников. – Шэф порылся в рюкзаке и протянул ему золотой эмар. – Я сейчас принесу сдачу, – сказал распорядитель Царской Купальни, убирая монетку куда-то в глубь хитона.
– Не надо работать себе в убыток… нам действительно понравилось.
– Спасибо за добрые слова.
Завершающим штрихом банного праздника жизни стало облачение в чистое белье, и легкие, ненадеванные, брюки, рубашки и мокасины, из стандартного полевого комплекта бойца отряда специального назначения «Морской Змей». Оценить степень блаженства, испытываемого компаньонами в этот миг, может только тот, кто сам неделями ползал в разных не сильно приятных местах, не снимая пропотевшего комбеза.
*****
– Так, Шумахер…
– Я Авлос!.. господин… А кто такой Шумахер?
– Самый быстрый возница у нас… – главком сделал паузу, – … на севере.
– Тогда ладно… – зови Шумахер! – разрешил Авлос, но разрешение запоздало: пока кучер обдумывал услышанное и внутренне соглашался идти на компромисс, Шэф решил обойтись вообще без обращений: