Требовалось лишь вносить имена руководителей направлений в список соавторов изобретений и научных трудов. И никаких тебе проблем с чужими мирозданиями! И зачем он ушел из этого сытого местечка? Жил бы себе потихоньку, ездил на курорты, затем в санатории, построил дачу и нянчил внуков. Нет, захотелось спасти Вселенную от конца света. Как будто это возможно? Большаков махнул рукой и нащупал кнопку включения чайника, затем радостно улыбнулся. Где-то у него была заначка с пончиками! И пусть весь мир подождет! Ходоки сами о себе позаботятся, туда берут ребят хватких.
Глава 21
Союз плюс один. Сцена раздумывающая
Спортивный молодой человек стремглав выбежал из домика, и после завершения гимнастических упражнений, нырнул в воды небольшого водоема, гордо называемого здешними обитателями озером. Хотя неправильной формы водное пространство с трудом тянуло на пруд. Михаил вынырнул на поверхность, сделал несколько взмахов руками и подплыл к мосткам, на которых его ждали полотенце и теплый халат. Крепкое туловище на свету утреннего солнца запарило, отлично различимый в солнечных лучах пар шел также изо рта. Лето уже кануло в вечность этой копии, так что водные процедуры в это время года прельщали не всех.
— И охота тебе себя мучить?
Семен как раз был одет по погоде. Теплые спортивные штаны и кофта, на голове шапочка. Пусть сентябрь в этой копии СССР выдался на удивление теплым, но средняя полоса это вам все-таки не курорты субтропической Абхазии. Вернувший свой цвет волос парень зябко поежился и запахнул на груди кофту. Здоровяк закончил вытираться и бодро отрапортовал:
— В здоровом теле здоровый дух! Когда еще начинать моржевание, как не осенью?
Михаил накинул халат и ловко перехватил чашку кофе из рук Семена.
— Эй, ты чего?
— Мог бы догадаться и товарищу принести!
— Я к тебе в служанки не набивался, — обиженно уставился на опустевшую чашку Сеня.
Михаил оглянулся на старого друга:
— Ты чего такой сегодня?
— Да надоело сидеть тут. Тоска смертная.
— Ну да, лучше во внутренней тюрьме МГБ или у бандитов в казематах.
— Ты сам знаешь, что я не об этом.
— Да я в курсе. Банальный приступ спермотоксикоза.
Сеня некоторое время рассматривал пышущего здоровьем и удалью Михаила, затем осторожно спросил:
— Ты сейчас, что имел в виду?
Светловолосый здоровяк махнул рукой:
— Можно продолжить разговор в доме?
Жадно улепетывая яичницу с сосисками, Михаил выложил:
— Да я вижу, что ты маешься. Не хватает точки приложения усилий.
Семен не упустил возможности поддеть товарища:
— Это ты сейчас о сексе?
Михаил отвлекся от тарелки и бросил взгляд на ехидно улыбающегося Сеню:
— И точку, и письку, и руки, можно даже мозги приложить. Но ты в целом прав. Отдохнули и хватит!
— Думаешь, пора начать бить лапками, взбивая сметану?
— Ага, точно пора. Рай сам не настанет.
— А Дима?
— Дима свои задачи решает. Он документы нам сделал, на этой хате можно жить хоть до опупения. Заначку местную мы всю выбрали.
— Держите деньги в сберегательной кассе!
Михаил задумчиво прожевал кусок хлеба и колко заметил:
— Смех смехом, но эта шутка здесь как раз работает.
— Ты это к чему? — отвлекся от плиты Семен.
— В этом Союзе есть настоящая стабильность. Вся копия буквально ею пропитана. Может, права поговорка — поспешай, не спеша. Надо двигаться вперед без рывков и ускорений.
— Ты чего? — Сеня снял с плиты турку с готовым кофе и начал доставить фарфоровые чашки. Михаил же по своей давней привычке нервно забегал по маленькой кухоньке. Снятая через посредников дача была старой, годов пятидесятых постройки, но вполне удобной и крепкой. Умели строить в те времена.
— Стабильность! Вот в чем секрет этой копии. Надо бы выбраться в какой-нибудь центр, походить по библиотекам, почитать книжки. Нужна живая информация.
— Было бы неплохо. Развлеклись заодно маленько.
— Сеня, я совсем не о том. Как ты не понимаешь — здесь отличное место для долговременной базы. Я вот чего не пойму, с какого рожна этой копии дали всего лишь плюс один? Что-то тут нечисто.