Дмитрий кисло улыбнулся и потянулся со вздохом за бутылкой.
— С вами тут с утра коньяк начнешь хлестать.
— Дима…
— Да ладно, черти! Вы достойны услышать все из моих уст, — Директор пригубил из бокала, нарочито ощерился и начал. — Еще лет…так много назад я внезапно понял, что концепция Директората ущербна и стал искать смысл всего этого дерьма. Затем понял, что неверны начальные установки, настроенные на некий идеал. Ребята, идеала в мире быть не может по определению. Так какого, спрашивается, рожна мы его ищем?
Семен, внимательно слушавший шефа, поддакнул:
— Полностью согласен с озвученной концепцией.
Директора замер с бокалом в руках, но поддержал агента:
— Вот и молодец! Потому вы сейчас рядом со мной, а не где-то там и поймете меня лучше остальных.
Парни переглянулись. Похоже, что назревало нечто очень важное для их дальнейшей жизни.
— В боковых ветвях древа существуют не самые продвинутые, но чрезвычайно удобные для жизни миры. И настоящий в их числе. Просто со стороны кажется, что он развивается медленней. Но согласитесь, может, так оно и лучше? В скороспелах с их диким ритмом очень сложно жить. Ну хотя бы вспомните прошлый цифровой Союз, откуда мы еле ноги смогли унести.
— А ведь такой развитой копии я еще не встречал, — задумчиво проговорил Семен. — Они ушли далеко вперед.
— Что, понравились тамошние технологии?
— С некоторыми было классно работать! Все заточено по уму.
— Ну, мы туда еще вернемся. Но уже осторожно.
— Никак украсть часть технологий хочешь?
— Бог с вами! Позаимствовать. Благо сейчас мы знаем сильные и слабые стороны того Союза. Социализм в нем заканчивается, темпоральный поток в той копии необычайно силен. Так что или властители СССР объединятся с другими активными участниками политической жизни планеты, или сольются в небытие. Третьего не дано.
Михаил заинтересованно кивнул:
— Мне он тоже показался нестабильным. Иначе в нем не было бы столько откровенного дерьма.
Семен озадачился:
— Не знаю. Туда надо входить большой и опытной командой. И если ты остаешься здесь, то где гарантии, что туда не придет первой Директория?
Харатьянов-Брылов залыбился:
— Гарантий нет, но обстоятельства имеются. Не буду вдаваться в детали, но технически доступ в Союз Пять пока закрыт. Совсем. На Острова не сегодня завтра начнется чехарда с поиском нового Директора на мое место. Интриги, расследования, скандалы. Так что у нас есть время для следующего шага.
Михаил скосил глаза на компаньона и осторожно спросил:
— У тебя есть выход на Острова?
Дмитрий откинулся в удобном кресле и внимательно смотрел на своих будущих компаньонов:
— Скажем так, имеется связь. Выход отсюда остался лишь в мир Плюс три.
— Мы в курсе.
— Я его заблокировал, оставив связь. Не спрашивайте меня как. «Кротовые норы» и «темпоральные дыры» для меня давно не теория, а практика. Ну а практики они всегда сильней априори. Просто потому, что умеют всем этим пользоваться, а не нажимать нужные кнопки.
— То есть по факту у нас имеется лишь окно в Пятый Союз, которым опасно пользоваться.
— Не боись, получите выход в другие копии. Я вам это обещаю. Сами вы как?
— Появился неплохой канал для верификации. Но нужна помощь с документами. Больно уж не хочется с этого места делать ноги, потому что запятая не там поставлена. Органы тут пусть и расслабленные, но работают четко.
— Понимаю, — кивнул Дмитрий. — Город неплохой, сам к нему присматривался.
— А ты сам, где остаешься? — осторожно поинтересовался Семен. Их шеф мог им и не ответить и был в своем праве.
— В Арзамасе.
Этот аналог Нижнего Новгорода в настоящем СССР являлся одним из крупнейших промышленных и научных центров страны. Его еще называли третьей столицей державы. Наличие массы оборонных предприятий давало городу особый статус, и просто так там устроиться было сложно.
— Там же резидент?
— Ничего, переедет. Засиделся на одном сладком месте говнюк. Проворонил такую засаду. Пусть теперь в Северной Пальмире отработает, охолонется в их климате.
Семе задумчиво покрутил в руке бокал. Шампанское он не любил.
— А ты сможешь устроиться в таком непростом городе? Там уже вотчина Управления Государственной безопасности.
— Сеня, вот ты самый вредный из всех, кого я знаю! И как взламыватель шифров и дверей ты просто ас, — Дмитрий долили себе бокал. — Мог бы и сам догадаться. Дорогие мои, я ведь уже упоминал, что этот великолепный мир давно приметил. И с тех самых пор веду в настоящем Союзе двойную жизнь. Мой бюрократический двойник закончил здесь учебу, начал производственную деятельность, постоянно переезжал по Союзу и дружественным странам, приобрел репутацию. И вот сейчас он после работы на Крайних Северов решил перебраться поближе к цивилизации, заняться коллекционированием старины. Благо что-то у самого осталось от родовитых предков. В этом Союзе нечистая родословная не влияет на карьеру. Здесь привыкли к компромиссам, потому и живут лучше.