– Вы решили использовать меня как заложника? Вы даже представить не можете, к чему это приведет! Мой дядя…
– Хотя губернатор Хенрик и считает нас ничем, жизнь своей единственной племянницы он, должно быть, ценит высоко. У него не будет иного выбора…
– Оглянитесь вокруг! – закричала Арикс. – Откройте ваши глаза, вы все, и посмотрите! Ваши «Железные Боги» разрушили наши дома, убили наших друзей, а вы… думаете, что сможете иметь дело с ними? Думаете, что сможете купить их милость? Они…
На этот раз удар дубинки сопровождался электрическим разрядом. Ноги Арикс подогнулись, и она упала бы, если бы надсмотрщики не подхватили ее, держа ее, как тряпичную куклу.
– Оставьте меня, – приказал Амарет. – Я свяжусь с богами и буду молиться об их руководстве в этом деле, а для этого мне нужно уединение.
– Ведь они не назначали тебя своим жрецом? Железные Боги никогда не говорили с тобой, кроме как в твоей голове?
Амарет повернулся, чтобы уйти, но слабый голос Арикс заставил его обернуться. Она знала, что может навлечь на себя еще один удар шоковой дубинки, или даже хуже, но теперь ей было плевать. Когда они потащат ее в сияющую зеленым светом пирамиду, говорить будет поздно.
– Разве вы не видите? Вы были правы, я боюсь их, как и мы все. Я не могу сражаться с этими чудовищами, и я думала… я думала, что, по крайней мере, если я буду повиноваться их воле, они не причинят мне вреда. Я понимаю, что вы чувствуете, и зачем вы все это делаете, но если еще есть надежда, если войска Императора сражаются за нас…
– Оставьте меня, – повторил Амарет. – Но удостоверьтесь, что двое надсмотрщиков все время будут присматривать за леди Хенрик. Разместите ее в схоле. Вообще-то пора уже перевести остальную паству в здания вокруг внутреннего двора. Пусть они увидят новые дома, которые мы приготовили для них, и их новый храм.
И он повернулся и ушел, исчезнув за кафедрой, но его повелительный голос раздался через плечо:
– Службы начнутся завтра с рассвета.
ЛЕКТОРУМ был освобожден от столов и стульев. Широкое окно выходило на заново оборудованный храм, и послышался удивленный шепот, когда другие рабы заметили серебряный череп, сияющий в лунном свете.
Арикс испытывала лишь облегчение, сбросив со спины тяжелый матрас, который упал на деревянный пол, подняв тучу пыли. Еще больше она обрадовалась, когда Тилар нашел ее здесь. Двое надсмотрщиков стояли на посту у дверей – это было самое дальнее расстояние, на которое они отходили от Арикс за всю ночь, и сейчас, наконец, она могла свободно поговорить со своим новым другом.
– Амарет безумец, – заявила она. – Полностью и абсолютно. Он думает, что может торговаться со своими Железными Богами, и ради этого он готов предать самого Императора.
– Похоже, мы все-таки были правы, – сказал Тилар, в отчаянии встряхнув головой. – Амарет говорит нам, что может слышать эти голоса, а мы… мы настолько отчаялись, что ради малейшей надежды, чтобы кто-то указал нам путь к спасению, мы готовы верить ему. Мы обманываем себя.
– Он увидел, что наступают перемены, – сказала Арикс, – и ухватился за шанс – мечту – стать чем-то большим, чем он был раньше. Я слышала, как надсмотрщики говорили. В городе есть и другие группы вроде этой – другие секты, я имею в виду.
Тилар кивнул.
– Они хвастались, что эта секта самая большая, более сотни рабов, словно они соперничают в этом.
– Они действительно соперничают, – сказала Арикс. – Амарет хочет, чтобы его церковь была единственной, а он был бы верховным жрецом, и думает…
– Он думает, что теперь у него есть что-то, чего хотят его боги, и думает, что сможет обменять это на их признание – на этот раз настоящее.
– Он не понимает, не видит, что мы ничто для них!
Арикс опустилась на матрас, прижав колени к груди. В комнате стало тихо, когда другие рабы, разложив свои скудные пожитки, улеглись на отдых. Арикс подумала о дяде Хенрике. Все эти годы он пытался защитить ее, и его опека казалась ей удушающей.
И за ту жизнь, которую он ей давал, она отплатила черной неблагодарностью. Если бы она не искала, подобно Амарету, чего-то большего, она не оказалась бы в таком положении. Она хотела приключений, и нашла их – и ничего хорошего в них не было. Хуже того, оказавшись в когтях Железных Богов, она подвергла бы опасности не только свою жизнь, но и жизни других, и возможно, Хенрик это предвидел.
Он служил в Имперской Гвардии, вспомнила Арикс. Он послал на войну трех своих сыновей. Несомненно, он знал гораздо лучше нее, что таилось во мраке за пределами сияющего света Бога-Императора.