– Возвращаемся. После этого у тебя постельный режим до вечера.
Хели спросила:
– А вам ничего не будет за то, чтовы все это нам показали?
Он пожал плечами:
– Наказать меня имеет право только король. Брат дал тебе временный статус гостя и попросил заботиться. Прогулки по достопримечательностям в таком случае не запрещены. А про то, что с нами был Хайен, можно умолчать. Он-то, в отличие от тебя, не сможет сюда попасть, даже если захочет.
Хайен думал, что его снова отправят в камеру, но в эльфийском замке адептов ждал обед, который Хаэте разделил с ними. Затем эльф отправился в Мерцающий лес. Побыть наедине Хели и Хайену не позволили - в комнату сразу же вошла Меллириссиэль. Они с девушкой какое-то время разговаривали на эльфийском, а затем Хели исчезла во вспышке пламени. Хайен думал, что ему придется вернуться в камеру. Но эльфийка отвела его в светлую комнату и оставила там с напутствием:
– Не пытайся выйти отсюда. Иначе я не гарантирую твою безопасность. Будь благоразумен. Хотя бы ради Хели.
Новое жилище оказалось довольно удобным. Широкая постель, небольшой стол с парой кресел, большое окно. К комнате примыкала огромная ванная, которую скорее можно было назвать небольшим прудом. На столе Хайен обнаружил пару книг. Это оказались словарь и учебник по эльфийскому. Причем написанный эльфами, а не тот, по которому они учились в Академии.
Остаток дня юноша провел за попытками продвинуться чуть дальше того, что успел изучить в Алом замке. Похоже, без знания эльфийского ему не обойтись. Действие снадобий и заклинаний Хаэте заканчивалось - раны давали о себе знать, накатывала слабость.
Ужинать Хайену пришлось в одиночестве. Хели не приходила, и это немного беспокоило юношу. Только когда за окном окончательно стемнело, в двух шагах от Хайена вспыхнуло пламя. Девушка вышла из него и опустилась в кресло.
– Есть новости, - сообщила она
Хайен сел напротив нее и жадно спросил:
– Какие?
Хели нервно накрутила на палец рыжий локон и начала рассказывать:
– Король Райтон прислал письмо королю Тайенуриэлю. Кажется, завтра должны состояться какие-то переговоры и Совет эльфов.
После этого она печально вздохнула.
– Разве это плохо? - настороженно посмотрел на нее Хайен.
– Нет. Наверное, - уверенности в ее голосе не было. - Но теперь хлайе Хаэтеллио застрял в Халариэне и не придет лечить тебя еще раз.
Хайен отмахнулся:
– Ничего. И так заживет. Как настроены твои родственники?
– Я никого не знаю здесь, кроме бабушки, - покачала головой Хели. - Мое положение немногим лучше твоего. Ошейник нацепить не пытаются, но и общением не удостаивают. Нет, здесь есть эльфы попроще - Хиаллитэль, например, старший брат тройняшек. Но его матери я, кажется, не нравлюсь.
С этими словами девушка вскочила на ноги, а затем извиняющимся тоном сказала:
– Мне нужно вернуться, иначе меня будут искать. Спокойной ночи, Хайен. Я приду утром.
Очередная вспышка пламени унесла ее прочь. И вовремя - в следующий миг дверь отворилась, и в комнату вошла Меллириссиэль. Она поставила перед ним чашку мерзко пахнущего отвара и приказала:
– Пей.
Хайен принюхался и подозрительно спросил на эльфийском:
– Снова снотворное?
– Пей, - повторила эльфийка. - Никто не оставит здесь ходящего в сны. Пей.
Юноша мелкими глотками, кривясь и обжигаясь, выпил отвар. Эльфийка одобрительно кивнула, а затем внезапно коснулась ладонью его головы и сказала:
– Утром Хели заберет тебя домой. Спи.
Когда она ушла, Хайен стал готовиться ко сну. Пижамы ему не полагалось. Точнее, она оказалась очень странной - брюки и тонкое хьяллэ. Но Хайен натянул на себя непривычный наряд. Он уже чувствовал, что снова не сможет уйти в сон, а браслеты мешали ощущать привычную магию.
Погасить свет юноша не успел. Дверь снова отворилась. В комнату вошла эльфийка, но на этот раз - другая. Ее хьяллэ было черным, только по краю рукавов и подола шел орнамент из языков пламени. Волосы цвета спелой пшеницы рассыпались по подолу, а голубые глаза с интересом смотрели на Хайена поверх черного веера, украшенного все теми же языками пламени.
Юноша поспешно встал, отвесил поклон и пробормотал положенное приветствие, самое длинное и пафосное, которое смог вспомнить. Эльфийка заперла за собой дверь заклинанием и задумчиво обошла вокруг Хайена. Его рассматривали, как диковинную зверушку, и это неимоверно раздражало. Но юноша натянул на лицо улыбку и попробовал завести знакомство.
– Хайен Ар-Раллеори, - официально представился он.
Эльфийка фыркнула и снисходительно ответила:
– Линьериссиэль хаа Лларион Лэ.
Хайен вытащил из памяти еще пару вежливых эльфийских фраз, но сказать ничего не успел. Взгляд новой знакомой стал злым и колючим, а затем она взмахнула веером. Плечо и живот Хайена пронзила боль, которая тут же сменилась онемением. Юноша скосил глаза и увидел тонкую и длинную иглу. Яд? Его отравили? Затем он посмотрел на эльфийку и понял - на этот раз его пришли убивать.