Еще один аргумент в пользу такой версии был косвенным, но все-таки был. В озерах также водилось много всего питательного и в одном месте сразу. Крупной рыбы, я так полагаю, в воде много. Даже наверх можно не выползать… Правда, теперь я начал сомневаться в том, просто так ли охотится василиск на волшебных созданий.
Как минимум мы знаем о единороге, и двуроге. Ингредиенты из них могут пойти много в какие зелья. Если исключить «проклятость» потрохов разумной магической коняшки, я бы даже сказал, что Реддл может готовить себе зелье для возрождения. Впрочем, он и в книгах не особенно качественные ингредиенты использовал.
Мордред. Нужно проверить кладбище…
— А если так… Revelio! — после недолгих раздумий, послал заклинание Винсент, в сторону темных вод. Сил он не пожалел, видимая взгляду волна дошла до середины, и… развеялась.
— … — словил фэйспалм Альберт, который точно знал, что вода, тем более в таком объеме и явно не слишком обычная, очень быстро развеивает заклинания.
— И как? — тем не менее спросил я. Может быть что-то да он «отсканировал».
— Да рыба одна… Ладно, не знаю, — уныло ответил Винсент, гневно взглянув на скалящегося Альберта.
— Ну что, так и будем здесь стоять? — произнес хмурый и очень бледный Сигнус, стоя рядом с нами в одних штанах и обычных магловских ластах. Его вампирские способности в воде также работали очень плохо. Если попробует превратиться в туман, то вообще рискует исчезнуть. Я хотел было предложить ему комплект артефактов, но он сказал, что как-то уже приспособился плавать, добывая себе рыбу в подземных водах. Только ласты попросил, за несколько минут самостоятельно отрастив перепонки между пальцами рук.
— Да, пожалуй пойдем, — активировал я артефакты для «дайвинга». — Раньше начнем — раньше закончим. Второе озеро покрупнее будет.
После моих слов, первый в озеро рыбкой нырнул Сигнус. Его длинное бледное тело, практически без всплеска погрузившееся в темные воды в этот момент напомнило мне инфернала.
— Чертов Слизерин… — активировав артефакты, следующим, взметнув фонтан брызг, прыгнул Винсент. За ним, разминувшись на секунду под воду погрузился Альберт. Затем я.
Под поверхностью озера в Запретном лесу царило мрачное, почти загробное спокойствие. Свет, проникающий сквозь воду, был тусклым и рассеянным, превращая всё вокруг в призрачные тени и полуразмытые силуэты. Вода здесь казалась густой и тёмной, её прохлада охватывала всё живое, а течение было едва заметным — словно озеро не дышало, а застывало в вечной тишине.
На дне лежал толстый слой тёмного ила, взбаламученного от нашего погружения, делая видимость еще более низкой. На расстоянии пары метров я едва видел устремившегося вперед вампира.
Чуть дальше, не тронутый нами, ил, был глубоким и вязким. Он казался бездонным, будто мог поглотить любого, кто осмелится ступить в него. Черная жижа покрывала остатки веток, затонувших стволов деревьев и старых камней, скрывая древние тайны, веками хранившиеся на дне этого озера.
Немного освоившись в воде, используя артефакты, я поплыл вперед, обыскивать свой сектор. Озеро мы также разделили на несколько условных частей, по ориентирам на берегу. Мне досталась центральная, так что я зигзагами скользил под водой, прямо у дна, пытаясь отыскать следы входа в тоннель и каждые несколько метров повторял все возможные поисковые заклинания.
Маленькие и невзрачные, толстые и безобразные рыбы скользили среди подводных растений, казавшихся тусклыми и лишёнными жизни. Они двигались медленно и беззвучно, как призраки, следуя невидимым путям, не нарушая покой вод. Их чешуя, обычно серебристая, в этих тёмных глубинах выглядела тусклой, почти сливаясь с мутной водой. Иногда вспышка серебра отражала редкий луч света, пробивающийся сквозь кроны деревьев наверху, но этот свет быстро исчезал, словно его не было вовсе.
У дна росли длинные водоросли, медленно колышущиеся в едва заметном подводном течении. Они тянулись вверх, как тёмные тени, создавая ощущение, что глубины озера полны невидимой жизни, которая прячется за этой густой зеленью. Некоторые стебли водорослей обвивали затонувшие камни и коряги, словно чьи-то руки удерживали их на месте, не давая вырваться наружу.
Из-за постоянного ожидания опасности, если моя догадка действительно оказалась верной, иногда казалось, что в глубинах можно заметить нечто большее, чем рыбы и водоросли — едва уловимое движение, будто гигантская древняя змея, уже скрывалась где-то в самом тёмном уголке озера, наблюдя за всем, что происходит наверху.