« Раз — два… тьма… зовет тебя…» — искаженный детский голос заставил отставного аврора чертыхнуться.
Слова странной щиталочки, звучащие казалось бы прямо над ухом сбивали с мысли, заставляя отставного аврора просто бежать вперед. Волшебный глаз, способный видеть в темноте — сейчас был слеп, заставляя двигаться едвали не на ощупь.
Грюм резко свернул в ближайший коридор, ныряя в едва различимую дверную арку, надеясь, что укромный угол даст хотя бы краткую передышку. Заложив руку за угол, он сосредоточился и снова направил заклинание света вглубь тьмы. Белая вспышка на секунду отбросила длинные, узкие тени на стены, высветив их холодным, отчаянным светом. Но свету всё равно не хватало силы, чтобы развеять мрак — он только на мгновение остановил его, заставив зловещую тень отступить, словно она только ждала, чтобы вновь сомкнуться вокруг Аластора.
"Три - четыре..."
В темноте послышался новый, низкий и тихий звук, похожий на зловещий смех или далёкий зов, приглушённый и размытый. Сущность медленно приближалась, как будто знала, что времени у Аластора больше нет. Его окружала непроницаемая тьма, готовая замкнуться со всех сторон. Но вдруг он уловил на себе лёгкое, холодное дуновение — слабую струю воздуха, будто зов откуда-то из глубины. Не раздумывая, мужчина бросился вперёд, ведя себя на ощупь, следуя за этим крошечным призраком надежды, зная, что, возможно, это его последний шанс.
Он чувствовал, как тьма оживает у него за спиной, пытаясь схватить его, но каждый шаг приближал его к слабому свету впереди. Выбежав из тоннеля, он увидел источник света… Это был всего лишь огонек люмоса, свет от палочки, которую держала высокая светлая фигура…
— Альбус! — шокировано воскликнул Аластор.- Но я думал, что… Не важно… Как я рад, что ты жив! Блэк совсем слетел с катушек, видимо Волдеморт…
— Ты ошибаешься, — произнёс Альбус, и в его голосе появилась странная, глухая жесткость, чуждая мягкому тону, которым Аластор привык слышать великого мага. Черная полоса, словно трещина, пробежала по лицу Дамблдора, и его глаза внезапно засверкали холодным, почти жутким светом.
"Пять - шесть..."
Аластор застыл на месте, чувствуя, как кровь застыла в его жилах. На глазах Грюма лицо Дамблдора начало искажаться, будто его тело было всего лишь оболочкой, а внутри пробуждалось что-то тёмное и безжалостное. Черная полоса разрасталась, наползая на кожу, словно гниль, а привычные черты исчезали, превращаясь в жестокую маску. Белая борода треснула и истлела, обнажив заостренные, игольчатые зубы, которые едва виднелись за жутким оскалом.
Существо, что стояло перед ним, было больше не Дамблдором — лишь его жутким подобием, изуродованным тьмой. Его палочка, мерцавшая тёплым светом, теперь излучала зловещий зеленоватый оттенок, отражающийся в глазах существа.
— Разве ты думал, что свет может защитить тебя здесь, Аластор? — прошептал искажённый Дамблдор, его голос был неестественно низким, пронзительным, как скрежет металла. — Ты сам привел меня к себе. Я всегда был здесь, рядом. Только ты этого не видел.
В ужасе, не находя слов, Аластор попятился, но тень позади сомкнулась плотнее, не позволяя ему отступить. Теперь, казалось, тьма была повсюду — густой, вязкой, плотной.
"Семь - восемь....."
Там, в глубине нее виднелись очертания смутно знакомых людей. Искаженные в крике, разорванные заклятиями, эти лица становились все ярче и ярче, придвигаясь ближе из тьмы. И в центре этого хаоса тёмный облик Дамблдора вытянул к нему руку, чёрную и искаженную, как когтистая лапа, простирающуюся в предвкушении.
«Девять — десять… я пришла… ждут страдания тебя…» — безумно захохотал измененный голос и стих.
Аластор поднял палочку, пытаясь собраться, стараясь нащупать хоть какое-то заклинание, способное защитить его. Но казалось, что слова ускользают, а его собственные заклятия исчезают в этом бездонном мраке. Он стоял лицом к лицу с искажённой тенью одного из самых светлых магов, зная, что на этот раз в его арсенале почти не осталось оружия.
— Что… что ты такое? — хрипло выдохнул он, с трудом глядя на существо перед ним.
Тёмный облик лишь усмехнулся, искажённое лицо Дамблдора на миг снова приняло его привычные черты — добрые, спокойные, но глаза… льдистые глаза вдруг треснули словно разбитое на кусочки зеркало, под которыми оказалась все эта же бесконечная тьма.
— Разве ты не узнаешь меня..., — прошептало существо с довольной улыбкой, — Я то, что ты не можешь уничтожить, Аластор... Я часть всего, что ты когда-либо знал и я - то, что ты в себе взрастил…