— Профессор Квиррел, — пожал я руку коллеге. — Говорил же, можете называть меня просто Сириус.
— Д-да Сириус, — улыбнулся Квиррел, опять позабыв про свое заикание. — Вы и-идете сегодня?
— Да, как раз хотел выдвигаться, вы тоже? — спросил я у него. Мы говорили как раз об этих вечерних посиделках, больше на самом деле походящий на клуб интересов Слизнорта. Только среди преподавателей, скорее по интересам в сфере магии, ну и без Слизнорта собственно. Зато был низкорослый маг, с которым было очень интересно побеседовать в приятной компании, ну или даже просто его послушать.
Эти посиделки после ужина, время и дата которых менялась в зависимости от всеобщей загруженности были настоящей отдушиной, среди круговорота библиотеки, выручай-комнаты, собственных занятий и уроков. Второй такой отдушиной был Гарри, а также собственный дом. Но там была своя специфика, ведь с Винсентом, Поллуксом и Альбертом мы в основном обсуждали другие заботы.
Отвлечься от всего и поговорить получалось только в этой небольшой компании горящих своим делом людей. Ну и не совсем людей.
— Д-да, — ответил мне молодой профессор, затем с ходу продолжил. — С-слышали ли вы о таком проекте, как большой электрон-позитронный кол-лайдер? Маглы практически впло-о-отную подобрались к элементарной материи, кварки которые при трансфигурации…
Квинитус был приятным человеком, иногда правда не обращающим внимания, знает ли его собеседник поднятую тему, или нет. А, еще, видимо все же сильно любил свой предмет.
***
— Проходите, проходите! Все уже собрались, — поприветствовал нас полугоблин на пороге кабинета. Как я слышал, двери в нем были всегда открыты и для студентов, которые могли обратиться к профессору по любым вопросам, так что и встречал он всех самолично. Не следует ученикам знать, что профессора также любят иногда отдыхать. А присоединяющийся иногда Хагрид знал толк в настойках, а также саморучно сваренной медовухе. Вот и нас профессор встретил у порога, тут же провожая в свой кабинет, который представлял из себя полуовальное помещение, по обеим сторонам которого расставлены стеллажи с книгами.
Напротив входа можно было увидеть большой стол, позади рабочего места, в стене располагалось большое окно, открывающее вид на горы и озеро.Кабинет Филиуса Флитвика находился на последнем, восьмом этаже, рядом с Западной башней, так что вид действительно был захватывающим.
Возле стола стоял высокий стул, путь к которому ведут ступеньки из особенно неудачных книг. Как мне признался сам профессор, в основном это были подаренные экземпляры, которые было жалко просто выбросить. Не смотря на качество, у профессора просто не поднималась рука выкинуть ни одну книгу. Так что среди подобных опусов можно было заметить полное собрание сочинений Локхарта, пару книг по «Скоромагии», «Магический кристалл треснул. Когда отворачивается удача» и еще много разных экземпляров, о ценности которых можно было судить прямо по названию.
Эта импровизированная трибуна находилась возле окна, ну а вокруг центра залы были уже расставлены удобные сидения, образуя небольшую арену. Тут можно было показать примеры заклинаний, или просто проиллюстрировать что-то иллюзией. Да и удобнее было сидеть, видя всех своих собеседников.
Сейчас кресла были действительно почти все заняты, не хватало только нас. Хагрид оживленно общался с Сильванусом Кеттлберном. Этот уже довольно старый профессор, который был профессором еще во времена Диппета, активно жестикулировал новеньким, но уже немного пожеванным протезом руки. Его страсть — Волшебные животные, причем чем опаснее — тем лучше, активно перекликалась с таким же отношением к зверушкам у Хагрида. Учитывая то, насколько часто они общаются — не удивительно, что Хагрид станет после ухода Сильвануса новым преподавателем «Ухода за магическими существами». Перенеся, похоже, такую же манеру ведения уроков. Однажды в Большом зале по вине Кеттлберна пришлось тушить пожар: гигантский змей, предоставленный профессором для рождественской постановки пьесы «Фонтан феи Фортуны», на деле оказался заколдованной огневицей.
Тут же присутствовал преподаватель дисциплины Ритуальная магия — профессор Катулл Спэнгл, добродушный дедок в старомодной остроконечной шляпе, которому как и Кеттлберну было уже больше сотни лет, правда выглядел он все-же немного посвежее. Отчасти из-за полного комплекта конечностей. Автор книги «Заклинания защиты и запугивания» пил чай, прислушиваясь к разговору и изредка вставляя свои комментарии, которые касались больше заклинаний, способных обезвредить опасных зверей.