— Хагрид, — пожал я теплую мозолистую руку, которая была вполовину больше моей. Хороший он все же человек, хоть и очень внушаемый.
— Профессор Кеттлберн, профессор Спэнгл, — уважение к возрасту не позволяло мне обращаться к ним на ты, хотя старички, которых я знал со школьной скамьи, очень настаивали.
— Здравствуйте, юноша, — степенно поприветствовал меня Спэнгл, который как мне кажется учил еще моего деда. Он был не особо словоохотливым магом, предпочитающим слушать других, однако иногда позволял себе внести пару острот, соревнуясь в этом с самим Филиусом.
— Сириус, вы нас рассудите! — горячо обратился ко мне седоволосый маг, который все-равно что сошел с фильмов Киберпанк. Его артефактная рука крутилась в разных направлениях, когда он активно жестикулируя начал объяснять суть вопроса. — Вот скажите мне, как вы считаете, Фестралы становятся видимыми для людей, познавших смерть… То-есть, проявляют активное осознанное действие. Либо же сам человек, на глазах которого произошло это трагическое событие, меняется для того, чтобы увидеть этих созданий?
— Не очень задумывался над этим, — честно признался я, поневоле вспомнив узкие клыкастые морды скелетообразных лошадей, запряженных в повозки. — Но, сдается мне, вопрос из разряда категории критериев отбора «невинных» Единорогами…
— Вот, я вам о чем и говорю, Хагрид! — повернулся полу-киборг к полувеликану, который за время перерыва успел пригубить из большой кожаной фляги. — Мне кажется, что эти явления — однопорядковые. Как и единороги, фестралы именно становятся видимыми для определенной категории людей. И если в первом случае критерием становится эта пресловутая….
— Доброй ночи, — речь Кеттлберна прервал еще один гость, который раньше не появлялся на моих глазах. Интересно, что же заставило зельевара вылезти из своей берлоги…
— Ах, Северус, все-же решили всплыть чуть выше уровня воды? Доброй ночи, — явно обрадовался Катулл Спэнгл, не стесняясь подкалывать нелюдимого зельевара.
— Доброй ночи, Северус, — поприветствовал я немного мрачного, но не более, чем его повседневный образ профессора зельеварения. На мои слова, впрочем, он лишь кивнул, проследовав на самое дальнее из возможных кресел.
А это собрание становится все интереснее…
Глава 9
«Обычная логика утверждает: если ты несчастлив, значит, у тебя нет счастья. А раз его у тебя нет, то иди и ищи. Парадоксальная же логика говорит: если ты пойдёшь искать счастье, то ты его потеряешь! Просто сядь и пойми, что оно у тебя есть.» © Сократ
***
«А возможно и нет» — уже половину часа наблюдал я за ожесточенным спором обычно робкого Квиррелла и старика Спэнгла. Сначала это было интересно, но затем я на мгновение отвлекшись на вопрос Хагрида понял, что окончательно потерял нить повествования. Обычно в такие дебри магической теории не заходили, ограничиваясь практической стороной. В которой был хорош уже я
— …а я говорю, невозможно! — аж привстал со своего места Катулл, тут же быстрыми росчерками палочки выводя формулы прямо в воздухе. Светящиеся знаки вставали в ровную последовательность, которая описывала пятое правило Гампа. Если описать всю мозговывернутую теорию законов элементарной трансфигурации, которые описал очень дальний и древний родственник со стороны Хеспер Гэмп — моей прабабки, то это правило гласило: нельзя создать ничего из ничего. На это были способны только боги, которые в целом игнорировали многие законы мироздания.
Частная сторона вопроса касалась создания еды — и гласила, что еда созданная из энергии бесполезна, так как просто не дает больше энергии, чем затраченная на ее создание. Ну и совсем простое правило, которое изучалось в Школе — запрет на создание и употребление еды с помощью обычной трансфигурации, так как та лишь на время изменяла форму и свойства объектов, что грозило сильным отравлением, или летальным исходом для принявшего эту пищу мага.
— Но п-позвольте, — немного взволнованно, но все равно уверенно произнес Квиррелл. — Мой с-способ не является классической трансфигурацией, а, значит, не попадает под это правило…
Его палочка также запорхала в руках, выводя на центр круга иллюзию, в которой я с удивлением узнал модель атома, вроде бы протон, еще какие-то кружки…, а вот дальше в ход пошли все те же формулы, смысл которых я понимал с большим трудом. Формулы в магии вообще были тем еще испытанием, при подготовке к экзамену. Нумерология и руны, используемые для объяснения действия того или иного заклинания имели свойство менять свое значение, подчиняясь своей внутренней логике. Хотя что-то повторялось и из школьного курса физики.