— Ладно, ладно, — проворчал я, взьерошив две растрепанные макушки, и вставая с кресла. — Будет вам песик…
С громким лаем по гостиной носился огромный черный пес, на загривке у которого вцепившись в густую шерсть хохотал зеленоглазый ребенков. Мерно трещал камин, взрослые также веселились, смотря на эту картину а, особенно на наколдованную Поллуксом ковбойскую шляпу на голове мальчика. Дедушка тоже умел веселиться, правда его шутки обычно были несколько более жестокими. И только старик эльф неодобрительно качал головой, однако и в уголках его глаз застыла смесь гордости и радости за хозяина.
И никто не заметил, как тени от пылающего камина, выплясывающие свой танец на стенах и лицах людей стали… темнее.
Глава 10
Все наши мелкие страхи приплюсовываются к одному большому, все наши страхи — это часть одного огромного страха… рука, нога, палец, ухо… Мы боимся тела, прикрытого простыней. Это наше тело. (с. Стивен Кинг)
***
— И еще разок… — усталый голос доносился из Выручай-Комнаты, которая сейчас имела форму небольшого зала с тренировочными манекенами. Манекены выглядели помято, с трудом восстанавливая свой прежний вид из тех оплавленных и разорванных болванчиков, которыми они были всего пару минут назад.
В центре зала сидела на каменном полу покрытая белыми всполохами фигура. Белое пламя, выходящее из груди мужчины, одетого в темную мантию окружало его светящимся ореолом. Вот только с каждой секундой к чистому свету примешивалось все больше и больше черных всполохов, которые с казалось-бы разумной жадностью набрасывались на свет, отвоевывая себе все больше и больше пространства. Спустя всего десяток секунд тьмы стало вполовину больше, чем света. Ну а дальше счет шел уже на мгновения, перед тем как лицо мужчины исказилось, и в разные стороны от него хлестнула уничтожающая манекены волна.
— Мордред!!! — я с трудом прекратил подпитку заклинания, которое с радостью пожирало все вливаемые в него силы и брала все больше. Источник, который под внутренним взором представлял из себя… нечто вроде второго сердца, объятого силой, с трудом замедлил свое биение, успокаиваясь и вновь наливаясь чернотой. Немного светлее, чем раньше, но я знал — это ненадолго.
Живое сердце, в противовес неосязаемому второму, билось в груди все сильнее и сильнее. Легкие жгло от недостатка кислорода. Каждый раз, когда я использовал магию света — это влияло и на тело, успокаивая организм и возвращая в него потерянную гармонию. Это же действовало в обе стороны.
«Всего сорок секунд…» — тяжело дыша я посмотрел на таймер защищенных всеми возможными способами часов и мне захотелось разбить их, как и остальные, уничтоженные едкой тьмой. — «А ведь раньше была минута…»
Ежедневные ритуалы по формированию сродства со стихией света. Хотя ее и сложно было назвать стихией. Но практически единственный работающий способ, способный ослабить пускающую корни тьму в моем источнике с каждым разом показывал все меньшую и меньшую эффективность, в противовес резко усилившейся за последний месяц тьме, меняющей нейтральный до этого источник.
Когда я, благодаря десяткам прочитанным книгам, наконец нашел способ контроля — это время выросло с тридцати секунд до полной минуты, за которую противоборствующие стихии взаимно уничтожали друг-друга, позволяя второму сердцу очистится и набрать условной «нейтральной» магии. И я просто не понимал, почему вдруг и этот способ перестал помогать. Да я даже условно «темными» заклинаниями не пользуюсь, не говоря уже о…
— Хи-хи-хи… — на грани восприятия послышался мерзкий голос, похожий на скрежет пенопласта по стеклу. Порождение то ли моего разума, то ли действительно обретшего собственное сознание фамильного заклинания проявляло себя только в моменты слабости. Когда оклюментные щиты давали трещину. К счастью, случалось это крайне редко.
— Очень смешно, — мрачно проговорил я, обнаружив и укрепив фрагмент защиты, ослабленный сильными эмоциями. — Нахрен иди.
На этот раз точно в пустоту проговорил я, закрывая выявленную брешь. Если бы это не был мир магии — пора было обращаться в психушку. Хотя и тут вроде бы была палата в Мунго для подобных случаев. Не слишком заполненная, правда. Сумасшедший маг мог натворить столько дел, даже не обладая особыми магическими способностями, что подобных предпочитали убивать сразу. Во избежание. А что может сделать сумасшедший темный маг, с моими силами… Проще самому пустить себе аваду в висок.