— Тогда не будем терять времени, — поднялся я с прохладного камня, поглядев на оставшиеся пару десятков ступенек. — Пора возвращаться, нам ещё Волдеморта гасить.
***
— Послушай, а в твоём роду точно не было предсказателей? — задумчиво проговорил Альбус, припомнив мне тот случай с песчаным драконом. — Не знаю как про решение всех проблем, а на миллион галлеонов здесь золота точно будет. И даже больше.
— Нда… — протянул я, и сам немного опешив от увиденного. На убранство храма шумеры, или кто это там был, не скупились совершенно. Черный камень на входе сменился золотом и драгоценностями. И не просто позолотой. Весь квадратный храм был выполнен из чистого золота, монолитом врастая в черный камень на самой вершине зиккурата.
Прямоугольный вход по бокам был украшен резными фресками, где люди приносили подношения божеству с чертами быка и человека. Там же он создавал оружие, воскрешал мертвых, поражал какого-то лысого человечка с клиновидной бородой, которого судя по картинкам тут же и похоронили и делал много еще интересного. Правда не очень понятного. Картинок было не так чтобы очень много, больше клинопись, которую я не понимал.
А вот Альбус, похоже, понимал:
«Энлиль, кто сидит широко на белом престоле, на высоком престоле,
Кто совершенствует законы власти, главенства и царствия,
Боги Земли склоняются в страхе перед ним,
Боги Небес смиренны перед ним», — продекламировал Дамблдор, явно переводя текст с большой таблички над входом.
— Ты знаешь Шумерский? — удивлённо посмотрел я на светлого мага, который с интересом продолжал разглядывать древние письмена. Он даже об усталости позабыл, жадно вглядываясь в разные картинки, вдруг притворившись глухим. — Альбус!
— Я уже был в Шумере, — наконец сбил я его запал и он соизволил объяснить. — Это храм верховного бога шумерского пантеона — Энлиля, бога ветра, воздуха, земли и бурь.
— Теперь становится ясно, почему так ветрено, — усмехнулся я, поняв, что на площадке как раз таки ветра воск не было. — Я не хочу тебя отвлекать от изучения местной мифологии, но нам похоже туда.
Я указал на вход.
— Да… ты прав, — с явным сожалением оторвался Альбус от изучения стенок. — Пойдем.
И мы пошли, осторожно проникая вглубь храма. Сначала я думал о том, чтобы зажечь огонь, но в целом тут было достаточно светло. Золото как-то отражало солнце своей поверхностью, освещая в том числе и внутренности храма.
Небольшой коридор вывел нас в высокую квадратную залу, в центре которой с потолка спускался поток света, освещая величаво расположившуюся на большом троне — лазуритовую статую все того же Энлиля, немного изменившего имидж. Теперь вместо бычьих черт у того был просто шлем с рожками, а само лицо вполне себе человеческим. В одной руке тот держал посох, в другой — нечто вроде… бублика, из хрусталя. Ну а на золотом подножии гигантского трона сидел…
— Да ну, опять?! — воскликнул я, увидев того, кто ухмыляясь сидел снизу трона.
Это была мумия, одетая в потрескавшийся и пробитый в паре мест доспех из старой кожи, с выцветшим от времени длинными волосами, которая ухмыляясь белыми зубами смотрела в сторону нас. И я точно узнавал эту мумию, так как довольно неплохо сохранившиеся черты лица улыбающегося мертвеца были очень похожи на те, что я видел в зеркале…
— Арктурус? — тоже узнал в мертвеце моего деда Дамблдор, поднимая меч Годрика в оборонительной стойке
— И снова не мертвые родственники, — также приготовил я к бою кинжал… Но труп все так же смотрел на нас мертвым взглядом. Так и стояли, пока до меня не стало доходить, что что-то не так. — Если ты собираешься внезапно ожить, то лучше сделай это сейчас!
Предупредил я, делая шаг в сторону мумии.
Но та также сидела и смотрела на нас. А Дамблдор вдруг опустил меч.
— Посмотри на постамент и руку, — произнес он, а я наконец заметил, что у мумии нехватает одной руки, а золото постамента заляпано давно засохшими бурыми разводами, по большей части превратившимися в пыль.
Я уже смелее подошёл к мумии, увидев что во второй руке держит небольшой кинжал, с крайне знакомой рукояткой и сломанным лезвием, а на золоте постамента рублеными символами вырезано: Здесь принял свою смерть. Арктурус Сириус Блэк III. Передайте сыну: сражаться до конца…
— Toujours Pur, — произнес я девиз рода Блэк и еще раз осмотрел тело все-таки мертвого родственника, не свалиться с постамента которому мешала только броня из кожи василиска, служащая каркасом к гордо выпрямленной спине. — Всегда чистый… Похоже, он действительно умер.