Наруто не планировал выбивать из неё врожденное высокомерие и гордыню. Ему это нравилось. Ломать её личность, практически то же самое, что подавлять её сексуальность. Но поставить её в столь унизительное положение и заставить признать себя главным — было просто необходимо. Если женщину не убедить в том, кто является её Хозяином, она может начать вести себя также нагло, как и Темари с Шикамару. Просто жалкое зрелище! Наруто не собирался терпеть нечто подобное.
Он хотел проколоть этой блондинки ушки и сделать её ещё привлекательней, а также возможно разместить свою метку прямо на этих шикарных сиськах... Но, пока не время.
После душа они просто трахались, но после того как кончились резинки, Наруто решил пойти иным путём и потренировать её эрогенные зоны, а также подчинение. Всё это перед самым лишением девственности.
Обернувшись к стене, в сторону часов, Хокаге хмуро кивнул:
— Можно заканчивать...
Пятый день почти подошёл к концу. Наруто издевался над клитором Цунаде почти десять часов к ряду! До этого весь урон на себя приняли соски... Он даже делал ей массаж, оттягивал язык и плевал в ротик. Он измывался над бедной девственницей, как только можно. Массировал шею, ушки, ножки...
Наруто буквально всё превращал в чувствительные места и приучивал сучку к своему запаху. После слюней и массажа, он даже кончал ей на лицо, а после и на каждый уголок зрелого тела. Поэтому неудивительно, что сейчас у неё рвало крышу. Запах и вкус смешались и плавили мозг...
Эти три дня, хоть и уступали первым двум, но не слишком значительно.
Теперь же, поскольку почти всё было готово, Наруто начал её развязывать...
«Стоит её помыть и можно двигаться дальше...»
Два последних дня — самые главные этапы в развращении и покорении этой зрелой сучки. Наконец всё и начнётся!
После недолгого купания в душе, Наруто принёс Цунаде на руках и аккуратно положил на кровать. Куноичи трепетала в его объятьях и явно не хотела отрываться от возлюбленного.
— Аххх~ Н-наруто...
Он нёс её как принцессу. В первые в жизни кто-то обращался с ней подобным образом...
«Такой тёплый...» — Цунаде любовалась его лицом и счастливо улыбалась. Сейчас они были близки как никогда... Возраст совсем не имел значения.
Кто бы мог подумать, что те горькие мечты, от которых она пыталась сбежать, вдруг воплотятся в реальность?
Влюбиться в того, в кого попросту нельзя было влюбляться... Тогда она чувствовала себя полной неудачницей, но теперь...
Фантазии стали явью.
Покусывая нижнюю губу, Цунаде предвкушала самый важный шаг — лишение девственности. Для неё это было особенно важно. Отдать себя в руки любимому...
Кто бы мог подумать, что тем самым мужчиной в итоге окажется именно он? Она и не помнила, сколько раз мечтала об этом.
Теперь, Цунаде знала, что он наконец стал серьёзен. Именно это в нём ей больше всего и нравилось. Порой Наруто действовал грубо и нагло, но, когда вёл себя так нежно, ей становилось особенно спокойно, из-за чего она не упускала возможности прижаться к нему...
— Ах?~
Под его защитой она чувствовала себя молодой и желанной девушкой.
Но он решил всё за неё, уложил на мокрые простыни, а затем начал переодевать.
— Ч-что... Что ты делаешь? — После душа Цунаде слегка взбодрилась, поэтому сейчас могла нормально думать. Хоть тело всё ещё было слабым и едва её слушалось, она чётко понимала происходящее.
«С-снова?»
Цунаде до сих пор не могла забыть момента, когда он обвешал её использованными презервативами, как какую-то общественную шлюху!
— Ч-что ты задумал?
Его фантазии уже начинали пугать...
Глава 391: Брачная ночь? (18+)
Хокаге натянул белые чулки на стройные ножки Цунаде, а затем надел ей туфельки и приступил к трусикам.
Она не сопротивлялась, хоть и опасалась худшего. За эти дни он уже не раз переодевал её в наряды жены — это уже стало своего рода ритуалом.
Множество тряпок были разбросаны по всей комнате. Порванные, испачканные в сперме и соках — все они пришли в негодность. То, как он обращался со своей зрелой сучкой в итоге привело к этому хаосу. Хината явно будет не в восторге, когда узнает, что Наруто сотворил с её вещами...
Цунаде понимала, чем грозит сопротивление, а поэтому не мешала ему. Но и молчать не могла. В ванной он даже к ней не притронулся, разве что, тщательно вымыл. Всё это молчание начинало пугать...