Его руки ласково скользят вдоль ее спины, поглаживают, Макс тянет ее за плечи, заставляет перевернуться, уткнуться ему в грудь, перебирает спутанные локоны золотистых волос.
- Попробуем быть терпимыми друг к другу и, у нас все получится.
Но Яся не хочет быть к нему терпимой, не хочет прощать, забывать намеренно причиненную им боль, она хочет домой, хочет забыть его и никогда не вспоминать. Он не станет для нее другим, только ублюдком, убившим ее глупую влюбленность в него, такого восхитительного и совершенно неотразимого. У него было воспитание и стиль. В него было невозможно не влюбиться, но он сделал все, чтобы у нее осталась лишь ненависть и страх. Красивый желанный мужчина, сразивший наповал ее при первой встречи, превратился в чудовище и, она не собиралась спасать его от самого себя. Он стал таким задолго до нее, он не изменится ради нее. Они чужие друг другу и Макс должен это понимать. Она не его, она другая, для него есть топ модели и светские львицы, для нее обычный инженер или учитель. Это, то к чему они шли каждый своим путем, пока случайно не столкнулись на той пустынной дороге. Вечер медленно перетекает в ночь, теряется в жарких поцелуях и жадных ласках. Ясмин засыпает, заботливо укутанная в нежное тепло его рук, под легкие поцелуи, но все еще зажатая и испуганная, не похожая на себя, совсем другая. Макс переплетает свои пальцы с ее, осторожно, чтобы не разбудить Ясю целует ее ладонь. Она была дерзкой, непозволительно смелой и отчаянной, теперь она готова для того, чтобы измениться под его личные предпочтения и желания. Стать той, которую он хотел в ней видеть: милую, нежную и послушную, с легким флером ее несравненной наглости и отточенного сарказма. Она ему действительно нравилась, может быть даже больше, чем нравилась, но рядом с ней той, прежней, он бы никогда не решился показать свою слабость. Ясмин ударила бы, не задумываясь, в своем, не проходящем стремление, вернуться домой, но он хотел подарить ей новый мир, новый дом и новые отношения. Он положил к ее ногам себя, но девушка не желала видеть открывшийся перед ней горизонт возможностей, полностью захваченная полоумной идеей о возвращение домой. Губы Макса тронула слабая улыбка потому что, если быть честным с самим собой, он был закоренелым эгоистом и привык исполнять все свои желания. Он хотел Ясмин, наверное, с первого же мгновения, когда увидел ее, шагавшую по обочине в дурацкой панаме на голове. Он не собирался останавливаться, не хотел объяснять ей что - то, но нажал на тормоз и вышел из машины. И едва сдержался, чтобы не рассмеяться над ее словами. Ее глаза лучились и сверкали изумрудной зеленью, она восхищенно оглядывала его с головы до ног и говорила забавные вещи, твердо уверенная в том, что он не понимает ни слова из сказанного ею. Он склонил голову, прикидывая варианты дальнейшего развития их отношений и медленно спросил: “Ты хотела бы лечь в мою постель?” и она заявила о попытке изнасилования. Для него это решило все, она привлекает его, он нравится ей. Почему бы им не провести какое - то время вместе? Но Ясмин снова удивила его, старательно изображая равнодушие, потом чуть оттаяла, но так и продолжала держать его на расстояние, не позволяя стать кем - то большим, чем просто приятным знакомым. Она была еще лучше, чем он ожидал после их первой встречи, наивная, самостоятельная и очень бережливая. Максу приходилось прилагать определенные усилия, чтобы не расхохотаться над ее очередным предложением, разделить счет пополам. Он платил картой, называл ей сумму и она, забавно высунув кончик языка, старательно отсчитывала половину общего счета, уморительно жалуясь на дороговизну ресторанов и предлагая ему в следующий раз захватить в поездку бутерброды. Он никогда не сталкивался с подобными Яси, его женщины знали свою стоимость и знали, сколько он должен потратить на них. Она же тщательно следила за их совместными расходами, даже не подозревая, сколько на самом деле, он тратит для нее. Макс не собирался везти ее аэропорт, но и не собирался укладывать в постель ее пьяную и ничего не соображающую. Он предполагал дать ей выспаться и потом медленно соблазнить, но он вел машину к дому, а Яся так смешно посапывала, подложив руку под щеку, желанная, уверенная в том, что он к ней не прикоснется. Он притормозил возле парадного и, не удержавшись, зарылся лицом в ее разметавшиеся волосы, жадно вдыхая яблочный запах ее шампуня и невинности. Макс был уверен, что станет для нее первым, и она не обманула его ожиданий. Яся не играла в недотрогу, она ею была. “Ее личный возрастной ценз”. Он почти не обратил внимания на эти слова, но потом, когда Ясмин стала раз за разом бить его ими наотмашь, заставлять невольно чувствовать себя тем самым пресловутым любителем малолеток. Макс не считал себя любителем юных девушек, его любовницы были немногим младше него и он пытался не обращать внимания, злился и предупреждал, но Ясмин не остановилась, пока не смела его выдержку напрочь. Макс понимал, чего она добивается, но отпускать ее не собирался от себя уже после первой ночи. Она должна принадлежать ему, нужно только немного отшлифовать его драгоценность и подобрать подходящую оправу. Яся понравилась его родителям, отцу сразу, маме чуть позже, они хотели, чтобы он на ней женился. Папа даже выяснил все о ее родных: студенты, юная мать испугалась испытаний и отказалась от дочери. Возможно, поэтому Ясмин и была сильной, готовой к любым проверкам, не способная сломаться и предать. Макс отправился в Россию исключительно в деловую поездку, но не смог не заехать в ее провинциальный городок, чтобы самому посмотреть, где она выросла. Он вполне допускал то, что испытывает к Яси нечто большее, чем обычная привязанность, но та упорно отказывалась играть по общепринятым правилам.
Ясмин проснулась от невесомого поцелуя и ласкового шепота Макса:
- Моя красавица.
Медленно распахнула глаза и изумленно ахнула: мужчина держал в протянутой руке бархатную коробочку с сиявшем на атласной подушечке кольцом.
- Выйдешь за меня?
Голос низкий, с хрипотцой, заставляющий плавится от желания.
- Я люблю тебя…
- И буду любить всегда.
- Снова шутки.
- Это был сарказм чистой воды.
- Ты можешь хотя бы сейчас быть достаточно серьезной, чтобы принять мое предложение?
- Я могу быть достаточно серьезной, чтобы послать тебя в грубой форме куда подальше.
- Я не каждой предлагаю это.
- Ну и шел бы мимо, я тебя не приглашала.
- Прекрасно, я делаю тебе предложение, а ты снова выказываешь норов.
- У тебя очень правильная речь и очень избирательная память.
Макс улыбается, смотрит на нее из под неимоверно длинных ресниц, тем самым заветным взглядом, что заставлял ее впадать в транс сто лет назад.
- Я совершенно серьезен в своих намерениях назвать тебя сеньорой Дамазо.
- Я хочу вернуться домой, но тебя это не сильно волнует, почему меня должны волновать твои матримониальные намерения?
- Возможно, потому что это очень выгодно для тебя. Например, ты станешь весьма обеспеченной дамой.
- И превращусь в старую грымзу, подобную твоей матери? Благодарю, предпочитаю сама зарабатывать на свои нужды и ни от кого не зависеть.
Макс страдальчески закатывает глаза.
- Не думал, что ты так достанешь меня своей пресловутой самостоятельностью, не понимаю, как она мне могла нравиться?
- Ты мне нравился гораздо сильнее, но разве это остановило твою незабываемую постановку балета на этой сцене и в этой спальне?
- Маленькая дрянь.
- Престарелая сволочь.
Желанное утро после возвращения Макса из деловой поездки, примерное развитие сюжета, если бы это не было только ее желанием. Яся мечтательно прикрыла глаза, улыбаясь. Макс мог ее принудить, мог избить и унизить, но не сломать. Ее школа, конечно, не включала в себя предметы вроде “подчинить слабого”, но за то давала отличный старт перед испытаниями, что ждали выпускников впереди. Ясмин научилась закрываться внутри себя и жить отдельной жизнью, очень полезное качество, когда приходиться проводить много времени запертой в темной комнате в очередном детском доме. Можно плакать и стучаться в дверь, просить прощение за то, что сама не считаешь плохим поведением, но лучше закрыть себя и продолжать жить в особенном мире. Ее могли наказать, могли натравить других воспитанников, но когда ты отделена от них невидимой стеной, тебе глубоко все равно и на их слова, и на их поведение и поступки. Макс пошел дальше, не сказать, чтобы ее раньше не трогали пальцем, но он заслуживал пять баллов за исполнение и произвольной программы, и обязательной. Мастер спорта для садистов среди извращенцев. Старый, омерзительный, вызывающий глубокое отвращение. Яся почувствовала сладкую судорогу желания, волной прошедшую по телу до самых кончиков ногтей от одного воспоминания о прошедшей ночи. Макс все еще сладко спал, посапывая ей в макушку, холодил дыханием, прижимал к своему горячему телу, словно обещая продлить волшебство от себя неожиданно мягкого и нежного. Хотя, девушка чувствовала бедром ощутимую твердость его тела, мягким он был бы не на многое способен. Красивый, стильный миллионер или миллиардер, подчеркнуть нужное, принуждает ее к высококачественному сексу, а она капризно отвергает его страсть. Почти сказка, почти мечта… но не ее, какой - то другой девушки. Ясмин же хочет забыть этот дом, забыть этого мужчину и вернуться домой. Почти наваждение, изматывающее и выворачивающие, но дом снится каждую ночь, ее подруга Мина, даже то, как она моет полы, перетаскивая тяжелое ведро с мутной от грязи водой. Знать бы к чему приведет вся эта затея с поездкой в Италию. И что она имеет теперь? Девушка невольно улыбается собственной шутке: имеют ее, разнообразно, во всех позах и всеми допустимыми способами. Фантазии Макса и силовая подготовка ему в помощь. За два месяца она узнала о сексе столько, сколько никогда не думала о нем. Макс откровенно превосходен, подтянутый, стройный, вызывающий обильное слюноотделение в полуголом и голом виде, но подобные отношения не для нее. Она всегда хотела чего - то достойного, скрепленного печатями и гербовой бумагой, узаконенных отношений, для нее это было важным. Пусть без пышной свадьбы и пусть со скромным платьем, но обязательно согласно всем правилам и нормам забытой морали. Макс не думал об этом, он брал что хотел, жил в свое удовольствие и не обращал внимания на желания окружающих. Спасибо, полученному воспитанию и несравненному стилю жизни преуспевающих людей. Таких не волнуют мелочи вроде совести и чести, допустимо все, что приносит им удовольствие. Кто - то покупает куклу в сексшопе, кто - то недалекую туристку с полным отсутствием инстинкта самосохранения. Она же всегда избегала вот таких мужчин, чисто гипотетически конечно, но мачо отталкивали даже в кино. Это был не ее уровень игры, не ее тайные грезы в ночной тишине и вот увидела Макса и потерялась, не оттолкнула, размечталась. Напридумывала себе его другого, наградила мнимыми достоинствами и добродетелями и загнала себя в ловушку, из которой, в пустую, пытается выбраться уже несколько недель. Первая любовь, конечно, всегда приносит только боль и разочарование, но не до такой же степени. Любовь… Влюбленность… Внезапное желание находиться рядом с ним, ощущение собственной исключительности и невесомости. Она считала себя не восприимчивой к чарам, но все это было сметено Максом при первой же встречи. Неотразимый красавец на пустынной дороге в блестящем автомобиле. Маньяк, садист и извращенец в одном флаконе для быстрого отрезвления от сладостной мечты. Гарантия против всех типов влюбленности на многие годы вперед. Можно терять голову от него в постели, дрожать от желания, но не любить. Любовь это когда трепет и теснение, искры перед глазами и глупая улыбка на губах. С Максом только искры… от ударов, непонимание жестокости его действий и глухое, изматывающее стремление выскользнуть из железного захвата избалованного мачо. Яси хотелось бы верить в его особое отношение к ней, но с каждым проведенным рядом с ним днем чувствовала только собственную незначительность и неодушевленность куклы для удовлетворения низменных желаний. Очень помогает в полном избавлении от иллюзий, убивает сказку и вдребезги разносит хрустальные мечты.