Вилли оттянул затвор и заглянул в нутро «Песчаного Орла», довольно присвистнул и отпустил его. Эхом по всему театру раздался щелчок.
* * *
Из Даунтауна Детройта, залитого светом, они выскочили в Мидтаун, утонувший во тьме. Возле бара, на котором красовалась надпись «Только для черных», толпилась кучка подозрительных негров. Хосе, не сбрасывая скорости, промчал мимо них.
- Откуда здесь столько негров? – спросил Холод.
- Когда белые сбегать стали с заводов, правительство пригласило сюда шоколадных, посчитав, что они будут работать, - объяснил Хосе, - а они, как обычно, не стали.
Они остановились возле здания, напоминающего круглую шайбу.
- А черные чё, еще и в хоккей играют? – ухмыльнулся Холод.
- Не. Хоккей только для белых. У черных тут свой уличный бейсбол – огреть кого-нибудь битой и бабки забрать. А так, команда есть «Detroit Red Wings», в НХЛ играют, но они здесь сами не бывают. Так, мальчишки шайбу гоняют иногда.
Они прошли по парковке, обтянутой колючей проволокой, посреди которой торчала одинокая вышка, словно на зоне, по которой разгуливал полицейский с дробовиком. Мощный прожектор освещал припаркованные машины. Открыв хлипкую дверь, отсутствующие стекла которой были забиты толстым картоном, они оказались в фойе, в центре которого перед телевизором размером с обувную коробку сидело несколько жирных негров и жрало «M&M’s» под речь какого-то придурковатого черномазого, нового мэра Детройта, обещавшего дать людям электричество и запустить школьные автобусы. Открыв тяжелую дверь, они вышли на арену. На трибунах в разных позах сидели и лежали негры в цветастых пуховиках.
- Греются... На катке, - усмехнулся Хосе.
Холод посмотрел на лед, где сражались две «ледовых дружины». Казалось они гоняются не за шайбой, а друг за другом, чтобы огреть клюшкой или размазать своего противника по борту.
- Не, такой хоккей нам не нужен, - сказал Холод и поспешил вслед за Хосе по трибунам к раздевалке.
Раздевалка оказалась бетонным квадратом с голыми стенами, вдоль которых стояли обычные деревянные скамейки, как в школьном спортзале, и валялись сумки игроков. Посреди раздевалки красовался белоснежный унитаз, на котором сидел огромный негр в полицейской форме с такими же белоснежными зубами и дробовиком в руках.
- Мы ищем Джое, - посмотрел на него Хосе.
Негр взглянул на торчащий за поясом Хосе пистолет и кивнул в сторону душевых. Холод и Хосе прошли в помещение, где ужасно пахло сыростью, несмотря на то, что там не было ни одной трубы, ни одной батареи и ни одного смесителя.
Возле окна стоял худой дрыщ с длинными рыжими спутанными волосами и всасывал в себя огромный, свернутый вручную, косяк. Увидев Хосе, он кивнул ему и протянул косяк. Хосе втянул в себя горький дым и выпустил через ноздри. Он вернул косяк Джое, тот снова затянулся и откашлялся:
- Хорошая у вас, латинов, дурь. Забористая. И на мет хорошо ложится. Чего надо? – он посмотрел на Хосе.
- Это, - Хосе достал из кармана знакомый пакетик с иероглифами.
- Пока нет. Весь хоккеистам продал. А они вон, - он мотнул головой, - теперь вместо хоккея в бейсбол играют. Видели, наверное. Клюшками друг друга, как битами наваривают. И по всему катку второй период уже как на батарейках летают. У них даже вратарь на другую половину поля лезет, чтобы кого-нибудь клюшкой огреть. Им, интересно, коньки не мешают? – рыжий снова затянулся, - нет, пока не могу достать. Тебе же много надо, - Хосе кивнул, - поговори с Большим Диком в доках. Но учти, он ваших не любит. Один латин его сучку трахнул и любимого питбуля увел. О! – он отцепил от кармана пейджер, - вызывают! Опять голову кому-то разбили, - он затянулся и протянул «пятку» Хосе, - а если мет или «хмурый» нужен – подъезжай. У меня всегда есть.
Хосе покачал головой и Джое раздавил остаток косяка об единственную кафельную плитку на стене.
* * *
По традиции, не сбрасывая скорости, Хосе с Холодом вырвались из порочного круга Мидтауна. Они мчали по пригородному шоссе туда, где горели огни.