Карающие не смогли тайно пробраться в спящий человеческий лагерь и понесли большие потери. Вырезать экспедицию людей относительно тихо не получилось и это значило, что вскоре совет старейшин привлечёт армию дома. Несколько полноценных отрядов старейшина войны предусмотрительно разместил неподалёку. Архимаги дома, оставаясь в безопасности, могли издалека ударить чем-нибудь убойным по землянам, в зависимости от своей специализации. Им требовалось время на подготовку мощного заклинания, но Шанданес уже ощущал, как начинают закручиваться потоки свободной магии.
Теперь, когда понятно, что карающие не смогли вырезать землян тихо, руки у главы дома оказались полностью развязаны.
Шанданес бежал не к землянам. Он спешил к стигмате, надеясь, что её не охраняют или он сможет прорваться через охрану и хватит сил открыть переход в другой мир и карающие его не отследят или отследят не сразу. Довольно слабая надежда. Но другого пути и вовсе нет.
Проблема в том, что, сумев пережить внезапное нападение и даже довольно болезненно на него ответить, земляне тоже отходили к порталу. Ночное сражение смещалось следом за ними и Шанданес, как бы он не старался того избежать, окунулся в бой, как в омут. Горелые обрывки ночной рубашки держались лишь чудом. Вооружённый одним кинжалом, с непослушной рукой и почти опустошённым резервом силы, он должен был опасаться и людей, и эльфов.
Шансы добраться живым до стигматы становились всё более призрачными. Но что ему ещё оставалось делать: ложиться и умирать? Это он успеет сделать всегда. А пока ещё оставались возможности, можно было попробовать выжить. Вдруг получится?
Внезапный бой ночью самый худший. Десять минут назад ещё спал, а сейчас, в кабине мизгиря, ничего не понимаешь и видишь сонное и одновременно испуганное лицо напарника, который тоже ничего не понимает. А через минуту уже нужно занять указанную системой управления боем позицию и начать стрелять по переданным ею целям.
Где-то что-то взрывалось, похоже мины. Кто-то, очередь за очередью, ложил из пулемёта так часто, что казалось будто он бьёт наугад, в пронизанную лучами мощных прожекторов, темноту. Слышалось глухое буханье мощных калибров и треск винтовок пехотинцев. Огромный огненный шар, на глазах Горазда, накрыл стоящую рядом машину и только-только подбежавших к ней пилотов. Фигурки людей пропали, как не было, а мизгирь повалился на бок и так остался лежать в круге разгорающегося пожара.
Горазд поспешил отвести машину на определённое для неё системой управления боем место. Золотилов несколько раз выстрелил, по полученным от системы координатам. Они исчезли, а новых не появилось. То ли цель уничтожена, то ли отступила и стала временно невидимой для системы. Из их пятёрки два мизгиря отображались как потерянные, в том числе машина командира пятёрки.
Система транслировала приказ командования — отходить к порталу бросая всё, кроме людей и, разумеется, обоих установок открытия проходов между мирами. Их требовалось защитить любой ценой, но это и понятно. В противном случае они все останутся здесь навсегда.
До портала рукой подать, но ещё нужно дойти и дождаться пока научники откроют проход.
Напавшие под покровом темноты эльфы напоролись на самоходные мины и выстроенный периметр. Раньше не встречавшиеся с людьми эльфы растерялись, что их и погубило. У пары невидимок получилось прорваться через периметр, и они натворили дел вырезав заспанных операторов ударных дронов до того, как те сумели поднять свои рои в воздух или хотя бы окончательно проснуться.
После того как неожиданное ночное нападение превратилось в полномасштабное сражение, маги эльфов принялись издалека метать в лагерь огромные огненные шары, представляющие опасность для тяжёлой техники при попадании. Мизгири, в которые успели забраться пилоты, уворачивались, а вот машины технического обеспечения и неповоротливые зенитные комплексы загорелись и взорвались, осветив всё вокруг. Полагавших себя в безопасности магов выбили ответным огнём, но немного запоздали, что привело к дополнительным потерям.
Медленно отступая, пехота отстреливалась от вылезших, как будто из-под земли, троллей. Тяжёлые пули сбивали массивных тварей с ног, пробивали надетую на них броню, но не убивали. Идущим следом эльфийским воинам приходилось хуже. Пара попаданий истощала личный щит, следующая пуля отбрасывала изломанное тело в темноту.