Ночью долго не мог уснуть, пока сон резко не забрал меня к себе в объятия. Будто в одну секунду я куда-то провалился. Мой мозг, как при лихорадке, всю ночь крутил мне подборку ярких несвязных картинок. Иногда я скулил, так жалобно, словно бродячее животное. Иногда, будто ударенный шоком, вздрагивал. Все что мне снилось, было в тягость. Организм, как бы сражаясь с собственными страхами, выбрасывал в кровь адреналин с бешенной скоростью. Происходящее последние несколько дней казалось нереальным, так что я не сразу понял, коснулись ли меня по голове или это мне показалось. Подобно сумасшедшему я терял эту зыбкую грань между реальностью и сновидениями. Боялся по-настоящему. Снова, будто сотней игл сковало мое тело в ознобе. Свернувшись под одеялом, я забился в угол своей кровати поближе к стене и тяжело дышал. Затем я почувствовал терпкий запах земли у себя в комнате. Он, словно дым от костра, вошел медленно, но обволакивающе. Подтянув к себе подушку, я обнаружил что она мокрая. И вовсе не от моего пота. Впитавшая в себя влагу сторона, была ледяной на ощупь. Я отодвинул подушку подальше, как бы даря ее тьме, а сам еще больше вжался в стенку. Осторожно, будто играю с диким зверем, я начал не торопясь подгребать под себя одеяло, попутно втягивая шею.
Моей головы что-то коснулось. Мне хотелось думать, что это от нервов показалось. Однако это было не так. Холодная женская рука провела по моим волосам, остановившись у лба. Вены на лбу вздулись, и я зажмурился. Страшно пошевелиться. Каждая мышца в моем теле сейчас испытывала железное напряжение. Руку убрали. По размеру ладони я понял, что это что-то было женщиной. Зловонной, гниющей ежесекундно, разлагающейся прямо у меня в кровати, но женщиной. Она снова, занесла руку над моей головой и ласково, словно убаюкивает собственного ребенка, еще раз провела по волосам. Я видел ее черные пакли у себя на плечах. Дышал этим зловонным запахом из ее рта. И я видел ее истерзанный окоченелый труп у себя в кровати. Она, разваливаясь на ходу, оставляя после себя огромные мокрые лужи, подобралась ко мне ближе. Сама смерть дышала мне в лицо. Затем мертвая положила свою гнилую руку мне на плечо и аккуратно, словно боясь разбудить, поцеловала меня в щеку. Слизкий поцелуй скатился вниз по подбородку и впитался одеялом. Мое сердце в последний раз дернулось, темная пелена упала на глаза, и я полетел в пропасть.
Конец