Кайла плохо понимала, о чем разговор. Коронация? Завещание? Кто такая «она»?
– Тогда проведите её прямо на Празднестве, – посоветовал Габрел.
– Да, – Кейрос задумчиво провёл языком губам, – так и сделаем. Вот только тогда у леди Кайлы появится очень много врагов. Ей понадобится особый телохранитель. Рерика, вели, чтобы послали за Лирой.
– Хотите, чтобы наёмница охраняла вашу невесту? – возразила Рерика, шагая вперёд. – Она служит тому, кто больше заплатит, а не своему герцогу.
– Я не спросил твоего мнения, Рерика, – Бирген наклонился вперёд, вцепившись пальцами в поручни трона, – я велел послать за Лирой. Мне нужна женщина, которая будет выглядеть подружкой невесты, но сможет убить того, кто захочет причинить вред моей жене.
Рерика кивнула, недовольно сжав губы.
– Что ж, если это всё, я пойду. Нужно сменить дорожную одежду на платье, а то я чувствую себя совсем неловко в таком разодетом окружении. – Рерика ухмыльнулась, скосив взгляд на Кайлу. Герцог тоже усмехнулся, едва заметно.
Кайла поняла: они насмехаются над ней и её стараниями! Кейрос Бирген ищет не жену, а средство, чтобы стать герцогом, ведь по строгим законам Фридгарда холостой мужчина не может править, и до свадьбы он ограничен регентом – своей матерью, пусть это ограничение и формально. Кейрос говорил о Кайле как о своей жене, даже толком не поговорив с ней и не узнав её. Ему неважно, что она за человек, красива она или уродлива, мила или капризна. Ему нужна лишь мать его наследника. Кайле стало противно; захотелось сорвать с себя газовую накидку и все эти шелка, а затем гордо, как эта леди Рерика, покинуть зал. Но Рерика вышла, ступая свободно и уверенно, а Кайла так и осталась стоять посреди зала, беспомощная и смущённая.
– Останься в замке до свадьбы, – велел ей Кейрос, – лорд Габрел и леди Фрайкс помогут тебе подготовиться. А теперь иди.
Габрел тут же ухватился за локоть девушки и поволок её к выходу. Когда дверь за ними закрылась, советник негромко произнёс:
– Ты ему понравилась, вот уж точно!
Глава II. Знамения
Замок Северное Пламя, Пироп
Когда он вошёл в комнату, там уже сидела Лисица. На графине было, как обычно, красное платье с нескромным вырезом, в руке она держала бокал на высокой ножке. Герцог пиропский сел напротив графини и молча поцеловал протянутую ею руку.
– Вы задержались у дяди, ваша светлость. – Отметила Лисица. – Я успела соскучиться по вашему обществу.
– Погода была настроена против моего возвращения, – проговорил Лейвен. Лицо его, как обычно, не выражало эмоций, а голос был лишён интонаций.
О том, что творилось в голове Астора, можно было только догадываться – или знать, как это знала графиня Овелия Анстранж по прозвищу Лисица. Эта красивая и знатная молодая женщина не была ни любовницей герцога, как считали многие, ни его невестой. Овелия была другом Астора и единственным человеком, который мог отвлечь его от тяжких мыслей. Впрочем, Лейвен знал, что лисы хитры, и в присутствии Овелии никогда не расслаблялся до конца. Графиня могла приезжать в замок всегда, когда ей того хотелось, и ей не требовалось никаких приглашений. Астор предполагал, что в один день женится на ней, но пока вопрос о свадьбе не стоял ребром, герцогу нравилась дружба с этой женщиной.
Графиня Анстранж была старше герцога на пять лет. Сложно было понять, почему она всё ещё не замужем – дочери таких знатных семей обычно находят себе пару ещё до шестнадцати. Но герцога это вполне устраивало.
– И как поживает ваш родственник? – поинтересовалась Овелия.
– Великолепно. Всё так же заперт в замке со своим золотом. А дочь его, как мне кажется, и вовсе лишена человеческого общества, у неё нет ни одного ровесника в поместье.
– Думаю, Джениде было бы полезно приехать в Северное Пламя.
– Об этом не может быть и речи, – возразил Астор, – сейчас неспокойное время, и десятилетней девочке здесь делать нечего. На месте Мелтара я свозил бы её на Празднество, но Майнеры не собираются туда ехать.
– Они слишком привязаны к дому, – вздохнула, улыбаясь, Овелия. Прядь рыжих, как мех лисицы, волос выпала из высокой причёски, и Овелия аккуратным движением убрала её за ухо.