– Ты знаешь, что Грассел или Одор могут в любой момент заявить свои права на трон, сказав, что их кровь чище моей. И они будут правы. Вот что я хочу знать: будешь ли ты по-прежнему повиноваться воле короля, когда это случится? На чьей ты стороне на самом деле?
– Хотите вы признавать это или нет, – спокойно ответил Элбер, остановив взгляд на темной жидкости в бокале, – но ваши шансы на трон выше, чем у обоих бастардов вместе взятых. Вы не кровная родственница короля, но его племянница. И народ любит вас, помня всё, что ваша тётя сделала для него при жизни.
– Моя тётя – не я, – вздохнула Лиссия, отстраняясь от советника и устало опускаясь на другой стул. – И в моих жилах не течёт кровь Акеноров.
Не думая о том, как прозвучит эта фраза, Элбер прошептал:
– Так ли это плохо?
Он ожидал, что Лиссия снова выйдет из равновесия, но ошибся: принцесса, кажется, даже не расслышала его слов, она была где-то глубоко в себе. Не желая снова будить этого опасного зверька, Фелкар тихо поднялся и двинулся в сторону дверей, но так и не смог уйти незамеченным.
– Стой, – окликнула его принцесса, – ты так и не ответил. Тебе не удастся улизнуть. Ты собираешься присягнуть мне?
Элбер остановился посреди зала, не поворачиваясь к девушке.
– Вы можете доверять мне, миледи.
– О, я не так глупа. Но сейчас мне нужна помощь, и я вынуждена принять твои советы.
Элбер вздохнул и, развернувшись на каблуках, зашагал назад к столу. Занять королевское место во второй раз он не осмелился, вместо этого сел на стул напротив Лиссии. Руки девушки, облачённые в чёрное кружево рукавов, лежали на столе, и Фелкар рассмотрел множество ран и царапин на ладонях и запястьях. Снова тренируется. Надеется отыскать в себе способности к магии. Она могла бы стать королевой, но… Элбер слишком хорошо знал, как меняет людей власть. Если бы его спросили, были ли в истории Арбора хорошие правители, он назвал бы лишь одного. И речь, разумеется, была не об Анверде, у которого он несколько лет прослужил советником.
Фелкара всегда восхищала королева Сальтара, мать Анверда. Несмотря на то, что она умерла задолго до того, как Элбер стал советником и приблизился ко двору, её жизнеописание и все, что она сделала за время правления, не могло оставить равнодушным такого ценителя ума и хитрости, как Элбер. Мало кто знал, что Сальтара была простой девушкой из маленького городка на севере Сентиры, она не владела ни деньгами, ни знатным именем, ни баснословной красотой. Однако король Берниваль, путешествуя по своим землям, заметил её среди тысяч девушек и сделал своей женой. Когда началось кровавое восстание герцогов Данхиэлы и Фридгарда, король ушёл на войну. К тому времени семнадцатилетняя Сальтара уже носила его ребёнка под сердцем, так что смерть Берниваля мало что изменила для неё. В течение восемнадцати лет она была королевой-регентом, за это время успела подавить восстание, жёстко поставив герцогов на место, создать Академию магов, собрав в одном городе колдунов всего королевства и тем самым установив над ними контроль, а также родить двоих внебрачных сыновей. Первого – от своего телохранителя, второго – от врача.
Но женщины слабы. Сальтара любила своих детей слишком сильно. Обоих бастардов, Колма и Вайрена, она оставила жить в замке, при себе. Именно поэтому её сын, Грассел Колм, и внук, Одор Вайрен, теперь могут заявить свои права на трон. Фелкар знал, что у них больше прав, чем у Лиссии, бывшей всего лишь дочерью брата жены короля Анверда. Но Фелкар знал и то, что народ не станет на сторону бастардов, пока жива племянница обожаемой ими покойной королевы. Той не посчастливилось одарить короля ребёнком, но она одарила свой народ любовью и заботой, и люди этого не забыли.
– Я могу дать вам совет, – начал он. Хитрый взгляд чёрных глаз блуждал по лицу Лиссии её одежде, подмечая детали. – Вы должны стать королевой так быстро, как можете. После коронации ваши позиции укрепятся, пусть даже эту коронацию признают не все. А затем вам стоит найти себе короля, как можно более могущественного и богатого.