– Думаю, я видел вас раньше, – сказал Фенсел.
– Так и есть, – леди Фрайкс улыбнулась, – вы приезжали в медицинскую академию, когда я ещё там училась. Не думала, что вы запомнили моё лицо.
– Да, теперь я вспоминаю. Вы были единственной фридгардкой среди других врачей.
Фенсел и правда вспомнил свой визит в академию и эту девушку, которая тогда показалась ему невероятно самоуверенной и высокомерной. Сейчас же леди Фрайкс выглядела милой и вежливой – не оттого ли, что находится в обществе герцогов?
– Оставим воспоминания на потом, – мягко вмешалась Илиэль. – Сейчас я пошлю слугу проверить, никто ли не подслушивает наш разговор.
– В этом нет нужды, – бросил Бирген. – Я позаботился о том, чтобы никто не смог расслышать ни слова.
Фенсел знал, что среди фридгардцев иногда встречаются маги звука, так что поверил герцогу на слово. Но Илиэль всё же послала слугу обойти шатёр и начала лишь тогда, когда тот вернулся.
– В последние дни я объехала всю Данхиэлу, призывая моих подданных восстать против самозваной королевы. Не только воины, но и крестьяне готовы взять в руки оружие и пойти воевать за свою свободу.
– Фридгард всегда был готов к этому, – коротко ответил Бирген. – Сколько людей вы сможете поднять?
Илиэль устремила ясный взгляд на герцога, и тот не отвёл глаз.
– Я подниму сто восемьдесят тысяч.
В шатре воцарилась тишина. Даже Фенсел не знал о том, что сестра готова повести на Сентиру такую огромную армию, и ему пришлось постараться, чтобы не выдать удивления.
– Боюсь, во Фридгарде нет стольких мужчин, – Габрел разрядил атмосферу, и они с Олероном и Рерикой засмеялись. Бирген оставался невозмутимым.
– Я не смогу дать столько людей.
– Я понимаю и не требую ничего, кроме поддержки. – Илиэль отвечала непривычно спокойно и рассудительно.
– В таком случае, у Олерона есть приблизительный план, который кажется мне удачным.
Олерон, ждавший этого момента с начала встречи, оживился, развернул на столе принесённую с собой карту Арбора и приготовился вещать, но его сбила с мысли служанка, запоздало принёсшая вино.
Девушка невероятно шумно обходила стол, расставляя бокалы и разливая вино. Фенсел не припоминал, чтобы он или Илиэль велели принести что-либо, однако служанка уже успела налить светлого напитка Биргену, Олерону и Рерике. Когда она наполнила бокал Илиэль, та отодвинула вино в сторону Фенсела.
– Я не хочу пить. – Раздражённо произнесла герцогиня.
Служанка застыла на месте как была, с бутылкой в руках. Фенселу стало жаль растерянную девушку, и он чуть заметно кивнул, взяв бокал сестры себе и сделав глоток. Служанка никак не отреагировала, она тут же исчезла из шатра, даже забыв налить вина Габрелу.
– Наконец-то, – вздохнул Олерон. Снова обратившись к карте, он начал:
– Лиссии будут отправлены наши требования – освободить Фридгард и Данхиэлу из-под гнёта и вернуть земли их законным владельцам. Разумеется, она откажется. На этот момент всё уже будет готово. Если конница зайдёт с гор, – он поставил палец на черту между Сентирой и Фридгардом, – можно будет увести основные силы из столицы.
Головная боль снова дала о себе знать резким уколом. Фенсел прикрыл глаза, стараясь не выдавать недомогания. Сердце забилось чаще, и он никак не мог совладать с дыханием. Сделав попытку сосредоточиться на словах сира Олерона, маркиз осознал, что не понимает ни слова.
– Я отлучусь, – проговорил он, вставая из-за стола. Мир плыл перед глазами, казался нечётким и размытым, и Фенсел уже не был уверен, что самостоятельно дойдёт до выхода.
– Фенсел? – обеспокоенно спросила сестра, протягивая юноше руку, и тот уже хотел схватиться за неё пальцами, но промахнулся и рухнул на пол. В глазах потемнело, но Фенсел всё ещё слышал голоса и грохот стола, из-за которого вскочили все разом.
В одно мгновение произошло сразу несколько вещей. Маркиз, мгновение назад сосредоточенно глядевший на карту, упал на пол; оба герцога вскочили со своих мест, на лету доставая оружие, но Илиэль оказалась быстрее, и кончик её меча уже уткнулся в горло Биргена; Олерон, всегда славившийся прекрасной реакцией, кинулся на помощь своему герцогу, приставляя острие меча к шее Илиэль. Габрел отскочил на безопасное расстояние, и только Рерика, проскользнув под столом, бросилась на помощь маркизу.