– Вы были у его светлости?
– Да, – соврала Рерика. – Он сейчас тоже готовится к церемонии. Ты всё помнишь?
Кайла кивнула. Ещё бы она не помнила, две служанки разучивали с ней всю чёртову церемонию днями напролёт.
Не зная, чем себя занять, леди Фрайкс взяла со стола яблоко и принялась вертеть его в руках. Лира глядела на неё с презрением, но снова вступить в перепалку не решалась.
– Можно выйти на свежий воздух? Мне как-то… – подала голос Кайла.
Лира кивнула, помогла невесте спуститься с табурета и, подхватив её под локоть, повела к выходу. Служанка тут же взялась за шлейф платья, приподнимая его над землёй.
Рерика вдруг поняла, что осталась одна, в тишине и спокойствии. Усевшись на табурет невесты, она откусила от сочного яблока и с удовольствием прожевала. Наслаждаясь моментом, девушка прикрыла глаза – и тут же открыла, потому что снаружи донёсся крик, а через мгновение в шатёр вбежала невеста со служанкой.
Рерика вскочила:
– Что случилось?
– Кто-то бросил в невесту камнем, Лира погналась за ним, – сообщила служанка, так как Кайла была слишком напугана, чтобы говорить.
– Промахнулся, как я вижу?
– Нет, это Лира оттолкнула герцогиню.
– Что за убийца будет покушаться так нелепо, – вздохнула Рерика.
Через минуту шатёр был полон народу – на шум примчались лорд Габрел, сир Олерон, двое гвардейцев и множество любопытных зевак, которых тут же принялись разгонять гвардейцы.
– Не волнуйтесь, – утешал Габрел Кайлу, – видите, какая хорошая у вас охрана.
Кайла же совсем побледнела и стала тихой, как мышь. Служанка принялась усердно румянить щёки невесты.
Скоро явилась Лира; в сопровождении одного из гвардейцев, охранявших шатёр, она приволокла молодую крестьянку – фридгардку, судя по внешности.
– Это она бросила камень, – сообщила наёмница.
Из виска крестьянки сочилась кровь, юбка была разодрана. Рерика усмехнулась.
– Зачем, милая? – она с интересом склонилась к девушке и вгляделась в её простое, грубое лицо.
– Люблю его. – Честно ответила крестьянка.
В шатре поднялся хохот, но Кайле, кажется, смешно не было.
– Уберите с глаз долой, – Габрел махнул на крестьянку рукой, и гвардеец грубо увёл её из шатра.
– Что с ней будет? – вдруг спросила Кайла.
– Ничего такого, что должно волновать герцогиню, – мягко ответил Габрел. Однако Кайла была настойчива.
– Её накажут?
Габрел смолчал, поджав губы.
– Это несправедливо, она ведь даже не причинила мне вреда! – Кайла говорила быстро и сбивчиво. Щёки, только что бледные, как мрамор, покраснели от волнения. До чего эмоциональная невеста досталась Биргену!
– Хорошо, если вы так переживаете, её до завтра подержат под стражей, а уже после вашей свадьбы мы поговорим о ней снова. – Успокоил герцогиню Габрел. Кайла снова затихла.
Спустя час невеста и её сопровождение – Лира, Рерика, две служанки и два гвардейца – тронулись в путь. Пусть был близкий: свадьбу решили провести под открытым небом, рядом с шатром герцога.
Подходя ближе к месту церемонии, служанки принялись ахать от восхищения.
– Посмотри, какая красота, – произнесла Рерика, – нельзя быть грустной здесь.
На ограждённой высоким забором площади разместили два длинных стола, щедро заставленных яствами и бочками с вином. Белые и голубые ленты тянулись между высокими столбами, специально вкопанными в землю вокруг площади, в центре журчал чистой водой небольшой фонтан со скульптурой, изображающей двух голубей. И всюду цветы – белые и синие, свежие, ещё дышащие росой и горным воздухом. В конце площади высилась кованая арка, увитая тонкими стебельками, под которой герцог и герцогиня принесут свои клятвы.
Кейрос Бирген уже стоял под ней – как всегда, строгий, в тёмной тунике и широком плаще, закреплённом золотой фибулой с гербом Фридгарда. Кайла замерла. Откуда-то появился пожилой мужчина – видимо, её отец – и, подхватив девушку за руку, повёл её к арке.
Рерика села за стол рядом с Габрелом.
– Здесь Намарг, – сообщил советник шёпотом.
– Намарг?
– Принц из Мерхада. Наш герцог пригласил его на свою свадьбу, неспроста, скоро узнаешь, о чём они договорились. Вот он, Намарг, сидит возле жареного поросёнка. А с ним его сёстры.
Рерика разыскала Намарга глазами. Седовласый мужчина в расшитом золотом камзоле, сидящий между двумя очень похожими леди, выглядел не младше Габрела.