– Он принц? – уточнила Рерика.
– Второй претендент на мерхадский престол. Да, немолод – ему пятьдесят два, если я не ошибаюсь. Но его старший брат всё ещё здоров, несмотря на возраст… возможно, Намарг так и не станет королём. Но это, признаться, и к лучшему: он пьяница и дебошир.
Леди Фрайкс знала, что Биргены всегда были в хороших отношениях с северными соседями – правителями Мерхада. Когда-то давно Фридгард, Пироп и Мерхад составляли Северный союз, но было это задолго до того, как первые два королевства завоевала Сентира. Однако мерхадские короли оставались друзьями Биргенов на протяжении всех тех двухсот лет, что Фридгард был герцогством. Но вот о существовании принца Намарга Рерика слышала впервые.
Услышав первые слова клятвы герцога, Рерика оторвалась от созерцания принца. Бирген произносил свои слова без запинок, он знал их наизусть, но эмоций в его клятве явно не хватало.
– …Верно служить своему народу, чтить традиции предков и заветы богов…
Габрел вздохнул. Он ненавидел затянутые церемонии.
Затем настала очередь Кайлы. Она, согласно церемониалу, во время клятвы Биргена стояла со склонённой головой, а теперь подняла глаза к небу и принялась произносить свою речь. У герцогини клятва была короче. Она говорила тихо, и не будь Рерика колдуньей, то вряд ли разобрала бы хоть слово. После всех речей герцог коротко поцеловал невесту, и Рерике было очень любопытно поглядеть на лицо Кайлы, но брачующихся заслонила собой дородная леди. Теперь видно не было ни герцога, ни герцогиню, и леди Фрайкс принялась осматривать тех гостей, что были в поле зрения.
Народу на свадьбе собралось немерено: оба стола были забиты народом, много людей стояло неподалёку. Простонародье без приглашений толпилось за оградой, тоже стремясь поглядеть на свадьбу. За соседним столом Рерика разглядела герцогиню Данхиэлы и её братьев. С Фенселом Бреанским Рерика уже была прекрасно знакома; не без удовольствия она отметила, что Фенсел выглядит относительно здоровым – и всё её стараниями. Зиэреля же она видела впервые, но было сразу ясно, что он – брат Илиэль и Фенсела. Те же небесно-голубые глаза, что у брата, те же светлые волосы и почти бесцветные брови, что у сестры. Все трое что-то оживлённо обсуждали, не наблюдая за церемонией.
Темнело; видимо, для свадьбы специально наняли огненного мага, так как с наступлением сумерек над головами гостей зажглись сотни свеч, установленных на тонких деревянных балках. Гости синхронно вздохнули от восхищения.
Наконец, церемония завершилась, и настало время веселья. Рерика с облегчением вылезла из-за стола и вдохнула свежего воздуха, которого так не хватало из-за тесноты.
Запели трубы, и слуги чуть раздвинули столы, чтобы освободить больше места для танцев. Начали, разумеется, герцог и герцогиня. Кайла держалась неплохо, насколько могла видеть Рерика – по крайней мере, не плакала и не выглядела бледным мертвецом. Нельзя было не признать, что она невероятно красива, даже красивее, чем всегда.
Вслед за венценосной парой к танцу присоединились другие. Габрел протянул руку Рерике:
– Позволите?
Она, усмехнувшись, позволила увлечь себя в водоворот кружащихся пар. Так было всегда: первый танец советница отдавала Габрелу, второй – Олерону.
– Вот это, – шептал Габрел, когда они сделали круг возле принца Намарга, танцующего с сестрой, – принцесса Луга, старшая сестра принца, а молодую зовут Берглен.
– Ну и имена у них, – поморщилась Рерика.
– Ну почему же? «Луга» переводится с мерхадского как «лето», а «Берглен» – «вечная радость».
– Ты знаешь мерхадский?
– Немного, – скромно ответил Габрел.
– А где Аира? – вдруг вспомнила Рерика.
– Мне тоже интересно. Герцог ведь хотел познакомить её с братьями Илиэль.
– А они согласны на брак?
– Да, согласны. Мы говорили об этом как раз тогда, когда ты уходила с совещания. Илиэль, правда, ещё не решила, кто именно возьмёт Аиру в жены. Я бы предпочёл для Аиры Фенсела. Зиэрель слишком юн, они с Аирой ровесники.
– Разве твоя жена не ровесница тебе?
– Именно поэтому я не слишком люблю возвращаться к ней домой. – Габрел рассмеялся.
– Будь твоя воля, ты женился бы на юнице моего возраста, – ухмыльнулась Рерика, проходя под поднятой рукой Габрела. Побывав на сотне балов, она уже знала все эти танцы наизусть, а Габрел и вовсе не задумывался, выделывая даже сложные фигуры.
– Нет, – покачал он головой, – ты годишься мне в дочери, а то и во внучки. Но будь моя жена лет на десять младше, это сделало бы супружескую жизнь приятнее.