Я припарковалась и, опять не снимая шлем, зашла в дом. В гостиной было не очень светло, бабушка привычно сидела в кресле ко мне спиной, даже не посмотрев кто пришёл. В нос забился запах табака. Сколько она курила?
– Nonna! – воскликнула я недовольно. – Если меня погубит транспорт, то тебя точно твоя невкусная трубка, – прошла в столовую, кидая пакет с продуктами и снимая шлем на ходу. Уверена, что она не выходила даже в лавку.
Молчание…
"Ну-ну! Молчи."
Я включила свет, и в глаза бросился накрытый стол с засохшей пастой в тарелках.
Меня окутало беспокойное смятение, и я поспешила к ней. Уже на полпути мои ноги подкосились, и панический страх опустил меня на пол.
Моя родная… Моя любимая и самая лучшая… Мой единственный близкий человек…
Я на коленках подползла к креслу и дотронулась до холодной безжизненной ладони, так вяло поникшей с кресла. Её невкусная трубка лежала на полу, очевидно, выпала уже из бесчувственной руки…
Я не знаю кричала ли я, но горькая утрата, пришедшая в разум, заволокла всю душу. Слёзы текли бесконечно с глаз, нервная дрожь пробирала до костей.
Я стояла на коленях перед Nonna и обнимала её окоченевшее тело. Мне хотелось отогреть и привести к жизни.
Лишь спустя какое-то время, я ощутила, что рыдаю в голос… Это всё! Не повернётся всё вспять!
– Прости... Прости... – шептала я. – Ты ждала меня. Я тебя подвела. Я…
Никогда себя не прощу, что так жестоко и безжалостно потеряла тебя, моя Nonna.
Я сидела за столом и не сводила глаз с засохшей пасты, которую кропили слезинки.
Даже не могу представить, как звала на помощь, но в доме уже была куча народа. Соседи… Марко, констатирующий смерть.
Все последующие дни я буду помнить смутно. Только знаю, что помогали мне всей провинцией. Ректор Вальвезе тоже не остался в стороне.
А к середине похорон представительные люди привезли скорбный венок просто огромного размера…
_____________________________________
Ваша оценка мне очень важна, ставьте звёздочку, забирайте в библиотеку, комментируйте!
___________________________________
ГЛАВА 7
Моя бабуля явно готовила мне приданое...
Я уже вторую неделю разбираю вещи в доме, избавляясь от всего старого и ненужного.
Нескончаемое количество шалей, платков и различных шляпок.
"Да, Nonna! Ты ещё та модница!"
Я старалась примерить всё. Луиза Грассо любила раритет. Куча статуэток, которые я тщательно протирала от пыли, были расставлены по всему дому.
И это ещё не заглядывала в погреб!
Рикардо очень любезно предоставил мне академический отпуск аж на целый месяц. Дабы пришла в себя. Поэтому я окунулась полностью в провинциальную жизнь.
Я уже почти закончила на сегодня генеральную уборку, как дверь в дом распахнулась, и в прихожей возник весьма статный мужчина. Конечно, прекрасно мне знакомый.
Я застыла на месте и ждала его действий.
– Salve, синьорина Грассо! – кивнул мне серьёзный мужчина.
– Salve, синьор Коста! – кивнула в ответ.
– Выражаю Вам мою скорбь по поводу смерти бабушки.
– Принимаю, – кивнула снова.
Я смотрела на него и с досадой понимала, что Бруно Коста появился здесь не потому что такой почтительный.
То чувство, что проблемы поджидают меня опять, пришло очень быстро. В его глазах прямо горел хитрый огонёк.
– Давайте помянем доброе имя Луизы Грассо бокалом вина, – обратил он внимание на бутылку в руках.
– Синьор Коста, я не пью, – прищурилась я.
– Зря! Ваша бабушка оценила бы, – постучал он пальцем по донышку бутылки.
Я раздражённо вздохнула.
– Прошу, – пригласила его жестом в столовую.
– Извините, мне совершенно нечем Вас угостить… – оправдывалась я, доставая бокалы.
Угощать его мне было совсем неохота. Да и в холодильнике действительно пусто.
– Абсолютно ничего не нужно, Клеопатра, я буду наслаждаться вкусом вина и красотой твоих глаз!
Я закатила глаза. Вот этого только не хватало.
В ответ ему я натянула придирчивую улыбку.