Перелистнув страницу, внутри всё оборвалось…
"Клео… он ведь женат…"
Вот и всё становится понятным.
Как сказала бы моя Nonna: Всё просто, как два пальца!
Я закусила до боли губу. Как же я могла не подумать об этом! И не надо никого винить.
Ну, конечно же! Он женат. Поэтому и таскал меня в сопровождении по всяким заведениям. Не подвергать же любимую жену опасности, которая присутствует в его жизни. Она любимая… А я так… меня не жалко в случае чего!
Тут стали и понятны все его требования. Не спрашивать о жизни. Не беременеть, так как дети должны быть только с женой… не целовать. А если и делить постель, то бесчувственно и без нежности. Так как женщина, которая заслуживает всего этого - его жена.
Душевная боль затмила всё. Ну как так? Клео, как ты могла не разглядеть в нём такой подвох? Даже не задумывалась об этом!
Моя приторная сентиментальность просто дралась сейчас со всем гневом, который был.
Я два раза собирала свои вещи, чтоб уйти, не захлопнув дверь. И тут же разбирала сумку обратно, понимая, что не могу уйти.
"Я так люблю тебя, Доминик! Так сильно! И даже сама не знаю за что…"
В нашем знакомстве не было романтики. Он не ухаживал красиво, не водил на свидания. Просто взял и подчинил себе. Нагло и нахально. Втянул в отношения, где не обещал нежности и трепетной ласки. Где ему не нужна любовь, которую ты мечтаешь дарить до конца своей жизни.
И где нет откровенных эмоций… И ты лишь догадываешься и предполагаешь, что он испытывает в данный момент.
Да. Иногда он выходит из этой роли. И тогда я нахожусь на пике счастья от того, что смогла вызвать в нём этот шквал страсти.
И этот непонятный человек стал мне таким родным и близким.
И я не могу уйти…
Не могу, потому что верю в то, что это взаимно.
Сейчас я чувствую в себе раздвоение личности. Одна моя сторона кричит: Уходи! Беги! Другая: Остановись! Он так нужен тебе!
Я не пошла даже в университет и твёрдо решилась на серьёзный разговор. Мои мысли сейчас были заняты только тем, что я должна сказать Доминику. Мне хотелось заявить о себе так, чтобы он наконец понял, что мои чувства к нему самые настоящие. Я люблю его преданно и неизменно.
"Да, Клео! Признайся уже, что хочешь быть единственной и любимой им…"
Мне хотелось его завоевать полностью… Занимать большую часть его жизни, чем жена.
Но ближе к вечеру я, все-таки, собрала некоторые свои вещи, понимая, что после разговора, скорее всего, уйду.
Я заранее знала, Доминик не скажет мне того, что я хочу услышать.
Что я нужна ему не только для секса…
Доминик зашёл в спальню и остановился сразу, как только приметил меня.
Я сидела на постели, но вовсе не давала повода для пошлых мыслей.
На мне были джинсы и толстовка, полный парад, чтоб незамедлительно уйти.
– Не планируешь спать? – ухмыльнулся Доминик, снимая пиджак.
Внутри меня творился жуткий бардак. Я не знала с чего начать.
Он стал расстёгивать рубашку, но посмотрев в сторону, остановил свои действия. На лице отобразилось некое беспокойство.
Доминик заметил мой рюкзак оставленный у входа в комнату и хмуро повернулся ко мне.
– Доминик, – я встала с края постели и подошла к нему.
– Я хочу попросить разрешения уйти…
"Клео, что за бред ты несёшь? Просить разрешения уйти?"
Он свёл брови ещё больше. Я опустила голову и стала перебирать свои пальцы.
– Мне нужно вернуться в общежитие… – волнительно облизнула губы. – Диплом… И Вальвезе требует много…
– Я поговорю с ним, – строго прервал меня Доминик.
– Нет. Не надо, – подняла я глаза на него. – Он имеет право это требовать.
Он всматривался в мой взгляд, так как явно раскусил мою чушь. Хмурость его постепенно уходила.
Мои глаза предательски налились влагой.
Доминик немного склонил голову на бок, и лицо его совсем смягчилось.
– Что произошло, Клеопатра? – он отошёл от меня и продолжил снимать рубашку. – Если тебя так расстроил мой синяк на груди, то могу успокоить. Это просто моя неосторожность. Водитель резко затормозил, а я был не пристёгнут.