Я открыла от удивления рот. Всё что он говорил, конечно же, ложь. Но это был первый раз, когда Доминик что-либо мне объяснил, а не сказал, что я не имею право знать.
– Или это последствия твоего сна? – он вскинул бровью. – Девушки любят всё дорисовывать своим воображением.
Теперь нахмурилась я.
– Нет. Мне правда надо, – я досадно опустила голову и покосилась на него, когда он снял рубашку и кинул её на кровать.
Доминик сунул руки в карманы брюк и остался стоять передо мной голым торсом.
– Надо так надо, – сделал он тяжёлый глубокий вздох.
Я бросила на него резкий рассерженный взгляд.
Даже не попытался сказать, что против.
Меня вновь застала гневная обида. Я быстрым шагом обошла его и, схватив рюкзак, еще раз посмотрела на него.
– Для чего я тебе, Доминик?
Он поджал рот в издевательскую ухмылку.
– По-моему, этот вопрос исчерпан в самом начале наших отношений.
Вся злость сейчас была в моих глазах, которые прожигали его.
– Разве нет? – по-прежнему издевался он.
Я надела рюкзак, поправила волосы и вышла из спальни.
– Как обычно не закроет дверь…
Услышала я смешок в спину.
Я остановилась и сжала кулаки, понимая, что с его стороны эта ситуация выглядит, как женская истерика по непонятным причинам.
"Клео, ты точно не лидер рядом с ним… Вернись! И скажи ему, что так нельзя с тобой поступать!"
Я вернулась таким же быстрым шагом, подошла вплотную к нему и запрокинула голову, чтоб пронзить взглядом.
– Если ты думаешь, что я не могу уйти навсегда, то ошибаешься. Могу!
"Ну, Клео… Ну, что же ты делаешь?" – чуть ли не плакал мой внутренний дипломат.
Доминик, приспустив ресницы, смотрел на меня.
Он обрушился на меня, словно лавина. Его поцелуй был настолько сильным, что губы жгло. Язык властно вторгался в мой рот, а его руки крепко прижали меня к нему. Рюкзак сполз с плеч и шумно упал на пол.
Незаметно для себя я поддалась всем его действиям.
Доминик слишком яростно стягивал с меня джинсы вместе с нижним бельём. На секунду оторвался от моего рта и снял мне толстовку.
Своим массивным натиском он подвёл меня к постели, и я упала на спину, переводя дыхание.
"Это поражение, Клео! Сейчас он тебе докажет, что ты не можешь без него."
Скинув свои брюки, Доминик постепенно нависал надо мной, блуждая поцелуями по всему телу.
И я естественно растворилась в каждом его прикосновении. Я вновь утонула в своей холодной реке…
Я обхватила его ногами за бёдра, и Доминик был уже почти внутри меня.
Он приостановился, когда его голова поравнялась с моей, и легонько потёрся губами о мою щеку.
Мог ли этот жест о чём-то говорить?
Как бы… Ну, куда ты собралась?
А Доминик, мне казалось, тонет сейчас в моём мучительном взгляде.
Если откинуть все сложности наших взаимоотношений, то я бы сказала, что его терзает чувство вины.
– Клеопатра… – прошептал он.
"Ох! Ну ведь, это же точно виноватый тон!"
Я обхватила его лицо двумя руками, как раз в тот момент, когда он начал погружаться в меня медленными движениями.
– Доминик, я же нужна тебе не только для этого? Правда? – мой голос сбивался от накативших острых ощущений близости. – Что тебя останавливает признаться в этом?
Он оторвал мои руки от себя и запрокинул их мне за голову.
Я выгнула тело навстречу его толчкам и не сводила с него взгляда.
– Откройся мне, Доминик… – мой голос был хриплым и непослушным.
Но он молча, ускорился и сделал мощнее свои движения, заставляя меня замолчать. Мои глаза самопроизвольно закрылись, тело разлетелось на мелкие частицы…
Я люблю тебя, Доминик… Люблю так сильно, что не могу надышаться…
Не знаю, это были мысли или говорила это вслух, но мне показалось, что я выпала из реальности.
Я открыла глаза, от того, что его рука гладила меня по волосам. Повернув голову, увидела Доминика.
Он вполне довольный наблюдал за мной, лёжа на боку.