— Мамочка, прости! Я не могу сказать никому, даже тебе. Я поклялась Богом.
— Перед кем?
— Больше я не скажу ни слова. Прости, если можешь.
— Но этот мерзавец женат, не так ли?
Анна отвернулась от испытующего взгляда матери и принялась пристально рассматривать голыши на каменистой дороге.
Мархарид повысила голос:
— Анна, я ведь знаю тебя как облупленную. Раз ты прячешь глаза, значит, я угадала. Хорошенькие делишки! Выходит, ты приблудила с женатым мужиком, у которого таких, как ты…
Анна вздохнула и взглянула на мать.
— Нет, мамочка, ты ошибаешься.
— Тогда почему же, разрази меня гром, ты не хочешь назвать имя этого подонка?
— Не имею права. Я дала клятву.
— Кто бы он ни был, ты его больше не увидишь. Он бросил тебя, как старую половую тряпку.
— Нет, я знаю, он вернется. Он любит меня.
Мархарид подняла взгляд к небесам, на лбу ее проступили морщины не менее глубокие, чем борозды на крестьянских полях.
— Господи, помоги мне! Ну что с нею делать?! — Сделав над собой усилие, она продолжила более спокойным тоном: — Не расстраивайся, Самсон возьмет тебя даже с чужим ребенком. Я с ним уже поговорила об этом.
— Ну зачем, мама? Я же сколько раз говорила тебе, что не пойду за Самсона!
К этому времени они уже дошли до дома. Все еще немного рассерженная, Мархарид прислонила мотыгу к стенке и отворила дверь.
— В конце концов все этим и закончится.
— Никогда!
Мать и дочь несколько минут молча смотрели друг на друга, затем Анна вошла внутрь и поставила корзинку овощей на стол.
— Я схожу ненадолго в порт. Ужин приготовлю, когда вернусь.
Мать поймала уходящую дочь за рукав.
— С кем ты собираешься там увидеться? Я твоя мать, мне-то ты сказать можешь?
Анна улыбнулась.
— На этот раз с отцом Ианом. Сегодня он должен вернуться из Ванна, Эдуард обещал подбросить его до деревни на лодке.
Лоб Мархарид разгладился.
— Отец Иан? Он что, знает о… ну, о твоем состоянии?
— Конечно, мама. Он знает всю правду, я как раз обратилась к нему за помощью.
— Спасибо небу и на этом. Я уж начала думать, что у тебя и от священника тайны появились. — Мархарид немного помедлила. — А если… если отец Иан тоже посоветует тебе выйти за Самсона?
Анна посмотрела на мать долгим пристальным взглядом, затем сказала:
— Насчет этого, матушка, поживем — увидим.
Большой каменный кельтский крест деревни Локмариакер стоял на набережной, где рыбаки разгружали свой улов прямо под окнами таверны «Якорь». Анна присела у подножия креста и стала смотреть на белые облачка, проплывающие над головой. Крачки парами пролетали над спокойными водами залива в поисках рыбы, их клювы были опущены вниз Так как Анна хотела поговорить с отцом Ианом с глазу на глаз, она набралась смелости зайти без спросу в его развалюху и взять из-под подушки большой кованый ключ от церкви. Она нетерпеливо вертела его в руках, пока отец Иан разгружал привезенный скарб и благодарил простодушного Эдуарда.
Она еще как-то сдерживала волнение, пока священник неторопливым шагом направлялся к кресту, но лишь только он поравнялся с ней, вскочила на ноги.
— Вы виделись с ним, отец? Он здоров?
Отец Иан ласково положил огрубелую руку на плечо девушки, вглядываясь в ее горящие нетерпением глаза.
— Давай лучше поговорим в церкви, милая.
— Да-да, вот ключ… — Анна ухватила священника за руку и потянула к церковным воротам. — Извините, что взяла его без спроса. Я подумала, вы не будете сильно сердиться.
— Я не сержусь.
Они прошли к церковному порталу.
— Ну, как он? Жив, здоров?
— Подожди, пока мы войдем внутрь, Анна.
Что-то в тоне пожилого священника сказало девушке, что новости будут нерадостными. Ее рука со сжатым в ней ключом непроизвольно прижалась к округлившемуся животу, и ее тело ощутило сквозь домотканую юбку холодок кованого металла.
— Что-то не в порядке, отец?
Тот промолчал, и Анна с ужасом поняла, что добрые глаза священника на этот раз смотрят на нее не с обычным ласковым выражением, а с жалостью и состраданием.
— Отче?!.
Священник взял ключ из рук Анны и отпер церковную дверь.
Когда они сели на длинную резную скамью у стены в апсиде, отец Иан прикоснулся к холодным пальцам девушки.