Гвионн не видел Арлетту уже несколько часов, и, несмотря на сытный обед из рыбной похлебки с чечевицей со свежим хлебом, намазанным толстым слоем золотистого сливочного масла, он клял судьбу за то, что их занесло в лапы этих жирных монахов. Если бы рыбаки, жившие в хижинах по соседству, увидели бы их прежде ангельской братии, он мог провести эту ночь в какой-нибудь темной каморке бок о бок с Арлеттой. Тогда у него появился бы первый шанс приступить — конечно, очень осмотрительно — к соблазнению графской дочери. Только что она спасла ему жизнь, а он, в свою очередь, ответил тем же, втащив ее в ялик. Но теперь это в прошлом, и ничто не остановит его в осуществлении сладкой мести заклятому врагу. Гвионн в своих мечтах уже видел его дочь обесчещенной.
На самом же деле у него пока не было никакой возможности предпринять какие-либо шаги в этом направлении. С первого взгляда на лица монахов Тальмонта юноша понял, что эти святые отцы вовсе не похожи на чернорясых ваннских сладострастников. В этой общине строго следовали церковным канонам. В монастырской гостинице любой контакт между мужчинами и женщинами был полностью исключен. Конечно, его план совращения графской невесты совсем не обязательно увенчался бы успехом, даже если бы им довелось провести эту ночь совместно в комнате портовой гостиницы — ведь де Ронсье воспитывал свою дочь специально для выдачи замуж на сторону. Та знала, что Этьен возьмет ее только девой, и должна была понимать, что было бы безумием потерять все свое блестящее будущее ради сомнительного удовольствия побарахтаться одну ночку в слежавшемся сене с эсквайром рыцаря из ее сопровождения.
Леклерк вздохнул. Несмотря на кажущуюся фантастичность его плана, он обязан приложить все усилия, чтобы соблазнить Арлетту. Нужно не рассуждать, а действовать. Он должен мстить за отца, и не хотел ждать Судного Дня, чтобы исполнить свою клятву.
Он неподвижно стоял у стены, пристально изучая противоположный берег реки. На горизонте уже угасал закат.
Вдруг послышался стук копыт и он, обернувшись, узрел сэра Ральфа Вардена, въезжающего на монастырский двор на своем скакуне. Рыцарь остановился перед церковным порталом. За его господином следовал оруженосец по имени Клор, ведущий под уздцы Изельду и Звездочку.
Варден тотчас же заметил Гвионна и, спешившись, зашагал к нему.
— Леклерк?! Разрази меня гром, если это не ты! — воскликнул рыцарь, с силой хлопнув эсквайра между лопаток. — А я-то думал, что мы свидимся с тобой только на том свете! — Испытующе он пошарил глазами по двору. — А где маленькая госпожа? Она жива? Мы прочесывали все соседние деревеньки в надежде, что вы милостию Господней спаслись, и наткнулись на монаха, который разыскивал нас. Он уверил, что вы оба живы-здоровы, но пока я не увижу Арлетту собственными глазами…
— Можете успокоиться, — подтвердил Гвионн. — Леди жива и здорова. Отдыхает после этого купания на женской половине. Как я понимаю, «Дракон» причалил по ту сторону устья? Брат Годфри — монах, что встретил нас на берегу — сказал, что видел, как вас пронесло к югу.
— Так и есть. Клянусь Богом, Леклерк, ты счастливчик! Увидев, что ты свалился в воду, я уж было решил, что твоя душа отправилась прямиком к чертям в пекло. А когда Арлетта прыгнула за тобой, я чуть было не помер от разрыва сердца. Ты точно говоришь, что она в полном порядке? Не ушиблась, не поцарапалась? Ни на что не жалуется?
— Вроде нет. Она девушка сильная.
— Остановить «Дракона», когда ты свалился, было невозможно, сам понимаешь, — произнес Варден. — Капитан Потвин пытался развернуть корабль обратно, но ничего не вышло. Как только нас вынесло на берег, мы разделили всех людей на две поисковые партии в расчете, что вы чудом спаслись или ваши тела выбросило на отмель. — Рыцарь сиял от счастья. — Вот я смотрю на тебя и до сих пор не верю, что ты тут, в этом мире скорби и слез, а не в пекле. Чудо, просто чудо!
За их спинами хлопнула дверь, и мужчины увидели леди Арлетту, облаченную в скромное домотканое платье коричневатого цвета, выходящую из гостиницы. Заметив Вардена, она направилась прямо к ним.
— Сэр Ральф! О, как приятно вас видеть! Я-то думала, что пройдет суток пять, пока мы получим сведения друг о друге.
Покачав головой, рыцарь нагнулся к девичьей ручке.