– Боишься, мой хороший? Ну пошли, пошли. Переведу тебя, – поманила его Ася.
Пес завилял хвостом и сразу за ней увязался.
– Какой хороший мальчик, – она почесала его за ухом. – Очень хороший мальчик. И кто тебя такого хорошего оставил?
Изголодавшийся по ласке пес лишь лез ей под руки и неотрывно наблюдал за тем, что она делает и куда идет. Так они прошли пару кварталов, потом стало холодать, и Ася засобиралась домой – вызвала такси. Пес тем временем преданно смотрел на нее, как на свою новую хозяйку.
– Ну, мальчик, мне пора, – потрепала она ему за ухом на прощание и села в теплый салон прибывшего авто.
Таксист повез ее к дому, через стекло отъезжающей машины она видела, как пес смотрел на нее.
Оставалась неделя до отъезда в Санкт-Петербург. Ася ни о чем не переживала, потому что уже сотню раз прокрутила в голове все плюсы и все минусы своего переезда. Все необходимое в дорогу было куплено, со всеми друзьями и знакомыми она успела попрощаться. Глеб так и не объявился, Ася уже неделю на все вопросы знакомых решительно отвечала:
– Да, больше не встречаемся. Да, так и не позвонил.
И с каждым таким ответом, она чувствовала, что прошлая ее жизнь все дальше и дальше, что навевало тоску. Друзья же говорили ей, что держится она после поступка Глеба великолепно.
Оставалось несколько часов до отъезда. Асе уже надо было собираться в аэропорт. Она двигалась по квартире размеренно, как на автомате, будто проверяя: не забыла ли чего во время сборов. Тут, не сдержавшись, она прямо в одежде падает на кровать и зарывается под одеяла. Лиля подходит к кровати и, пробравшись через кокон из пастельного белья, обвивает руками хрупкие плечи сестры. Ася холодная, будто только что зашла с улицы.
– Почему он так и не позвонил? – спрашивает Ася, будто обращаясь не к живому собеседнику, а к темноте раннего утра за окном.
Лиля проводит по кудрям сестры так, как той нравится и, притянув к себе, крепко обнимает.
– Почему он так равнодушен? – шепчет Ася, абсолютно уверенная в том, что говорит.
– Все будет хорошо, все образуется, – пытается ее утешить Лиля.
– Нет, нет, нет, – повторяет Ася, голос ее искажен подступающими слезами.
– Я сказала – все будет хорошо, я обещаю.
После этого Ася замолкает.
Месяц в Санкт-Петербурге пролетел для нее незаметно. Многое она делала на автомате – расплатиться за квартиру, найти на районе магазин с бытовыми товарами, не ошибиться со станцией метро, перед выходом положить в сумку зонтик и вторую кофту на всякий случай – погода здесь непредсказуема. Когда после работы она шла по Большому Крестовскому мосту, кутаясь в плащ, на телефон пришло сообщение от Глеба. В нем он поздравлял ее с переездом и желал удачи на новом месте. Она замерла на месте и побледнела, будто получила страшное известие.
Она не знала, что делать и как реагировать на сообщение, поэтому просто положила телефон в сумку. Дома она не сдержалась и отправила ответ на сообщение: “Спасибо!”.
Больше они не переписывались.
Спустя два года Лиля и Ася встретились на Дне рождении общей знакомой. Ася приехала в родной город на неделю, чтобы повидать родных.
Сестры друг другу обрадовались, распили бутылочку вина на двоих и разговорились. Лиле уже на тот момент исполнилось 25 лет, у нее было все хорошо – она училась в ординатуре, умудрилась выскочить замуж. Теперь мужчины для нее были не “презираемыми созданиями”, а терпимыми, иногда интересными “экземплярами”. Лиля искренне считала, что жизнь ее сложилась удачно.
Ася уже два года работала в Санкт-Петербурге. Два года была одинокой.
– Мне до сих по стыдно! Мне так стыдно! – вдруг забормотала Лиля заплетающимся языком. Щеки ее горели после очередного бокала, как сигнальные костры.
– Столько времени прошло… А мне все стыдно. Не должна я была лезть в твои дела… не должна была.
– А чем ты?
– Помнишь, ты тогда готовилась к переезду в Питер? И за несколько дней до поездки тебе на телефон написал… этот… как его… Глеб. Он писал, что хочет встретиться и всякое такое, молил о прощении. А я залезла в телефон и написала ему от твоего имени, чтобы он тебя оставил. Потом я все сообщения подчистила… Ты простишь меня? Правда? Я ведь так люблю тебя, так люблю.
Лиля после признания расплакалась, она взяла ладонь сестры своей мокрой от пота и слез рукой и потянула в объятия. Она все повторяла: