“Здесь может быть какое-то недоразумение. Джон Коннор не является лидером этого Cопротивления. Насколько мы можем судить, он хорошо информированный гражданский, который взял на себя обязанность предупредить мир об опасности, исходящей от Скайнета.- Смущенное бормотание приветствовало заявление Эшдауна. - Не поймите меня превратно. Коннор оказывает человечеству неоценимую услугу. Его передачи дают как информацию, так и вдохновение, что крайне необходимо во время войны. Я уважаю и восхищаюсь его усилиями на благо сопротивления. Но он не является частью нашей командной структуры. Он-символ, мундштук, не более того.”
“Ты не знаешь, где Коннор?- настаивал японский делегат. “Вы с ним общались?”
Эшдаун вздохнул. У Лосенко создалось впечатление, что он устал отвечать на подобные вопросы.
“Мы делаем все возможное, чтобы связаться с Коннором. Если он так предан Cопротивлению, как говорит, Я уверен, что он в конце концов завербуется и возьмет оружие под наше знамя. Но сейчас его трудно найти— и я не виню его за это. Вот как он выжил до сих пор.- В голосе генерала послышалось раздражение. “Но, опять же, он всего лишь штатский. Не обученный военный командир, как все здесь.”
Просто гражданский человек? Пренебрежительный тон Эшдауна обеспокоил Лосенко, который вспомнил русских борцов за свободу, пришедших ему на помощь на родине. Грушка и ее доблестные товарищи тоже были “всего лишь” мирными жителями, но они были на передовой, сражались против машин.
- Извините, генерал, - перебил его Лосенко. “Вы хотите сказать, что в вашем сопротивлении нет места гражданским ополченцам?”
“Вовсе нет, - ответил Эшдаун. - Моя страна была основана гражданами-солдатами, которые боролись против угнетения. Местные отряды ополчения имеют свое применение. Они преследуют врага, нарушают линии снабжения и отвлекают Скайнет.- Он пожал плечами, как будто это была не та тема, на которую он хотел бы тратить слишком много времени.
“Но давайте будем реалистами. Партизаны-любители и саботажники на задворках не выиграют эту войну. Скайнет слишком велик и слишком умен. В конце концов, только хорошо организованная армия и флот-под командованием профессиональных солдат—могут удержать машины от захвата нашего мира.- Он посмотрел на галерею. - Вы, леди и джентльмены, надежда человечества, а не жалкие беглецы вроде Джона Коннора. Вместе мы сможем вернуть нашу планету.”
“Под чьим командованием?- бросил вызов ливийский полковник. - Твоим?- Он обвиняюще покачал пальцем. - Твое высокомерие создало эту катастрофу, но все мы заплатили за это!”
“Мы все дорого заплатили, - признал Эшдаун. - Мой единственный сын служил на военной базе США на Аляске. Он умер в Судный день, прежде чем кто-либо из нас понял, что происходит. У нас даже не было возможности попрощаться.”
Что?
Лосенко откинулся на спинку кресла, потрясенный до глубины души услышанным. Его мысли вернулись к тому ужасному часу в рубке управления К-115. Он услышал, как сам отдал команду стрелять, почувствовал, как палуба накренилась от выстрела его ракет. Грибовидные облака расцвели, как ядовитые грибы, над землей, на которую он никогда не смотрел. Безликое потомство Эшдауна поглотила ядерная буря. Его пепел превратился в атомы. Русский капитан отвел взгляд от трибуны, не в силах смотреть Эшдауну в глаза. Неотвратимая правда заставила его оцепенеть.
Плоть и кровь этого человека погибли из-за меня.
Только Утесов заметил его реакцию.
- Дмитрий? Что это? Что-то не так?”
- Я.... Слова подвели Лосенко. Он не мог говорить. Трясущимися руками он налил себе чашку холодной воды и залпом выпил ее. - Ничего страшного, Бела, - наконец выдавил он из себя. - Плохая память, вот и все. Оно... это застало меня врасплох.”
Старик понимающе кивнул. Он успокаивающе положил руку на плечо Лосенко. Печальные глаза смотрели на капитана с сочувствием.
- Я понимаю, Дмитрий. Со мной это тоже иногда случается.”
В то же время болезненное признание Эшдауна не заставило замолчать голоса нападавших.
“Ты хочешь, чтобы мы пожалели тебя, потому что ты потерял сына?- упрекнул его китайский генерал. - Миллиарды сыновей и дочерей погибли. Из-за тебя моя страна превратилась в пустошь. Теперь ты ждешь, что мы поможем тебе навести порядок? Ваше высокомерие выше всякого понимания!”
- Пусть говорит!- Британский морской офицер встал на защиту Эшдауна. - Что сделано, то сделано. Настоящим злодеянием сейчас было бы сражаться между собой, пока машины вонзают свои когти в мир.”
- Если там действительно есть машины.- Индийский делегат придерживался своей теории заговора. “Они используют тактику запугивания, чтобы привести нас всех в порядок.”