— Товарищи, — начал Грибник, — руководством перед нами поставлена задача изъять средства, принадлежавшие Министерству народного просвещения и пропаганды бывшего рейха. Согласно показаниям подследственного Геббельса, часть ценностей находится в двух банковских хранилищах в Берлине и одном загородном замке под Потсдамом. — Он развернул карту, указал на точки. — Первый объект — банк на Унтер-ден-Линден. Второй находится в районе Шарлоттенбурга. Третий — это замок в окрестностях Потсдама.
— Можно вопрос, товарищ майор госбезопасности? — спросил старший лейтенант.
— Задавайте.
— Кто охраняет объекты?
— В банках — обычная охрана, не более пяти сотрудников народной полиции на объект. Замок охраняют бойцы ВВ НКВД. И первые и вторые пропустят нас беспрепятственно. Хранилища вскроем с помощью специалистов.
— Простите, товарищ начальник особого оперативного отдела, — проговорил Кравцов. — Для чего тогда нужна группа захвата?
— Вы, товарищ старший лейтенант, нужны на случай оставленных фрицами сюрпризов.
— Ясно, товарищ майор государственной безопасности. Когда выступаем?
— Сегодня в двадцать три часа. Еще вопросы?
Больше вопросов не было.
— Выполняйте.
Группа разошлась, чтобы готовиться к операции. Грибник остался в кабинете. Не выезжать же ему по каждому поводу. Он еще раз просмотрел переданные из центра данные, отметил маршруты и время прохождения.
За час до полуночи группа захвата выдвинулась к объектам, чтобы выполнить приказ, поступивший от самого наркома государственной безопасности. Приказ не распространялся на все активы, хранящиеся в банке, только на те, что принадлежали нацистским бонзам.
Операция на Унтер-ден-Линден прошла без единого выстрела. Охрана банка была предупреждена заранее и потому, проверив у прибывших документы, без спора допустила их к хранилищу.
Специалисты, входившие в состав группы, вскрыли его. Саперы проверили на предмет минирования. Все было чисто. Внутри находились ящики с золотом, слитками серебра и мешками с иностранной валютой.
Старший лейтенант Кравцов лично проверил каждый ящик, сверяя с описью, которая хранилась тут же. Ему помогали бойцы и сотрудник финчасти, который должен был сопроводить ценности до места их хранения.
— Все соответствует описи, товарищ майор госбезопасности, — доложил он начальнику особого оперативного отдела по телефону.
— Грузите и вывозите в Главный штаб, — приказал Грибник.
Через сорок минут колонна грузовиков, сопровождаемая бронетранспортерами, выдвинулась к следующему объекту. В Шарлоттенбурге тоже все прошло гладко. Охрана без сопротивления допустила их к хранилищу.
В нем не было ценностей в обычном смысле этого слова, но все эти документы, кинопленка и прочие архивные материалы на иных весах могли перевесить золото и платину. Поэтому опись проводить не стали.
— Содержимое этих ящиков требует более тщательной проверки, — сказал, выслушав доклад старшего лейтенанта, начальник особого оперативного отдела.
К полуночи группа уже двигалась к Потсдаму. Въездные ворота замка были открыты. Внутри, в подвалах, хранились ящики с произведениями искусства, антиквариатом и личными архивами министров нацистской Германии.
Группа Кравцова рассредоточилась по подвалам замка. Старший лейтенант лично проверял каждую дверь, каждый коридор, ведущий вниз. За ним следовало шестеро автоматчиков, саперы и сотрудник финчасти с описными книгами.
Они уже нашли первую партию ящиков — с манускриптами и инкунабулами. Упакованы раритеты были аккуратно и тщательно промаркированы. Однако то, что группа искала, лежало дальше — в центральном хранилище, о котором говорилось в показаниях Геббельса.
И вот здесь начались проблемы. Кравцов первым услышал шаги — нечеткие, торопливые. Кто-то бежал по коридору, но не от них, а к ним. Старший лейтенант поднял руку, приказывая группе замереть. Автоматчики прижались к стенам.
— Тихо, — сказал он.
Из темноты, из-за поворота, выскочило четверо — двое в черных куртках, двое в униформе, похожей на форму люфтваффе. У всех автоматы. Они явно не ждали встречи — бежали к выходу, но, увидев группу Кравцова, замерли на мгновение.
— Halt! — крикнул старший лейтенант.
В ответ немцы открыли огонь. Бойцы Кравцова ответили. В тесном подвале треск выстрелов был оглушающим. Пули рикошетили от стен, крошили камень, разбивали старую плитку. Один из бойцов старшего лейтенанта вскрикнул и осел на пол.
— Огонь на поражение! — рявкнул Кравцов, бросаясь вперед.