Ржепинский лес у погранпоста «Даммфорштадт», 12 февраля 1942 года.
Старший лейтенант Кравцов сидел на поваленном дереве, глядя в темноту. Впереди, в лесу, залегли два взвода автоматчиков. Люди не курили, не разговаривали, не шевелились. Только ветер гулял по верхушкам сосен, да изредка трещала ветка под тяжестью снега.
Кравцов посмотрел на часы. До рассвета оставалось семь часов. Группа диверсантов должна была появиться около двух ночи. Засада была готова. Дорога, ведущая к посту, простреливалась с трех сторон. Отход к лесу был перекрыт.
— Товарищ старший лейтенант, — обратился к нему сержант-радист, — поляки подтвердили, что готовы, ждут только нашего сигнала.
— Хорошо, — ответил Кравцов. — Передай им, что сигнал к атаке красная ракета.
— Есть, товарищ командир.
Сержант вернулся к рации, запищал морзянкой. Кравцов вглядывался в темноту. Ждать оставалось недолго. Ночь была черной, безлунной. Снег падал крупными хлопьями, заметая следы, которые группа диверсантов оставляла на лесной тропе.
Они двигались быстро, но осторожно, стараясь не шуметь. Их было сто человек бандеровцы, мельниковцы, польские националисты и недобитки из немцев. Лишь часть из них была одета в зимнее обмундирование Красной армии.
Командиры отделений прошли подготовку в разведшколе Абвера, владели русской речью лучше чем «ридной мовой». У них были автоматы ППШ, гранаты, пулеметы Дегтярева. Они выглядели как советская разведгруппа, заброшенная в тыл противника.
Разница была только в том, что ни по ту сторону границы между двумя социалистическими странами, ни по эту, врагов не было, если не считать, конечно, националистических банд.
— Через пятьсот метров — застава, — сказал старший группы, обращаясь к трем командирам отделений. — Выходим к ней с трех сторон. Первое отделение заходит с тыла, через лес. Второе — вдоль дороги. Третье — с фланга. У нас десять минут, чтобы зачистить пост. Никто не должен уйти. — Он посмотрел на часы. — Начало в три тридцать.
Отряд разделился, обходя заставу с трех сторон. На заставе было тихо. Только ветер гулял по двору, на посту замерли часовые. Подпоручик Княжинский, вместе с дюжиной своих подчиненных залегли в засаде.
В три тридцать небо над заставой озарилось красной ракетой. И сразу же лес взорвался выстрелами. Автоматные очереди, крики, взрывы гранат. Переодетые в советских военнослужащих диверсанты ворвались на территорию заставы с трех сторон.
Они били из автоматов, бросали гранаты в окна казармы, расстреливали часовых, не замечая, что это лишь набитые соломой чучела. При этом «русские» отчаянно матерились и раскидывали окурки.
Спектакль кончился, когда пулемет, которого не должно было быть на вышке, застрочил, скашивая нападавших. И тут же захлопали винтовки из засады. Диверсанты сообразив, что акция пошла не плану, кинулись удирать и нарвались на огонь настоящих русских.
Автоматчики выскочили из леса, врезаясь во фланг оставшихся в арьергарде бандитов. Диверсанты не ожидали удара с тыла. Они заметались, пытаясь перестроиться, но было поздно. Рота Кравцова, усиленная польскими пограничниками, сжимала кольцо.
Бой длился около двадцати минут. К четырем утра все было кончено. На земле лежали десятки трупов ряженых в советской форме. Пленные, вываленные в снегу, стояли на коленях с поднятыми руками. Среди них только один, совсем сопляк, что канючил по-украински.
Кравцов прошелся по полю, глядя на убитых диверсантов. Неприятно было видеть окровавленные советские шинели и полушубки, ушанки с красными звездами, но, к счастью, среди одетых в них двуногих, русских не было.
— Доложите в штаб ОКС, — сказал Кравцов радисту. — Провокация сорвана. Диверсанты уничтожены и взяты в плен.
Берлин, штаб ОКС РККА в Германии, кабинет маршала. 12 февраля 1942 года.
С утра было тихо. За окном падал снег — крупный, мокрый, тот, что налипает на провода и ветки. В кабинете топилась печь, воздух был сухим и теплым. Я сидел за столом, просматривая утренние сводки, когда вошел Грибник.
— Товарищ маршал, разрешите доложить.
— Докладывайте.
— Операция по предотвращению провокации на польской границе завершена, — сказал он. — Группа диверсантов перехвачена у пограничного поста 'Даммфорштадт. Трое взяты живыми, остальные уничтожены. Изъято большое количество улик, среди них форма Красной Армии, оружие советского образца, фальшивые документы, карты с пометками на русском языке.
— Кто исполнители?
— Недобитки. Двое украинцы, один — пока неизвестной национальности. У них были ампулы с ядом, но воспользоваться ими они не захотели. Они уже дают показания в местном отделении польской службы безопасности.