Штольц изучил удостоверение. Подкопаться было не к чему. Впрочем, такие документы делают в любой типографии, если есть образец и пара дней. Не в той ли самой типографии, откуда был взят бланк, на котором Крюгер в прошлый раз нацарапал адрес явки?
Выйдя из кафе, обер-лейтенант задержался на углу, разглядывая витрину обувного магазина. За стеклом маячил все тот же паренек, что ходил за ним в прошлый раз. На этот раз он держал в руках газету и делал вид, что пристально изучает ее.
Штольц усмехнулся. Похоже, «старый товарищ» не слишком доверяет ему, раз подстраховывался. Впрочем, обер-лейтенанту это было только на руку. Пусть видят, что он послушно выполняет поручения.
Оперативник дождался, пока трамвай закроет обзор, и нырнул в подворотню. Оттуда, через дворы и арки, он выбрался на соседнюю улицу и уже через десять минут сидел в «Фольксвагене» Вебера, припаркованной за углом.
— Посмотри, — сказал он, протягивая удостоверение и конверт.
Вебер принял документы, внимательно изучил их, просветил на свет, проверил печать.
— Хорошая работа, — сказал он. — Подделка на уровне, сделанная в типографии Bruckmann Verlag. Бумага правильная, печать четкая. Внешне не отличишь.
— И что мне теперь с этим делать?
— Возвращайся на конспиративную квартиру и отдыхай. А мы пока проверим, действительно ли ты значишься теперь в KfA? — ответил напарник. — Жди.
На этом они расстались. Штольц направился на конспиративную квартиру, где поел и успел вздремнуть. Через несколько часов, через черную лестницу туда пришел и Вебер. Снял пальто и шляпу, прошел на кухоньку и сварил кофе.
— Ты не поверишь, Ганс, — сказал он, разливая напиток по чашкам. — Оказывается, ты уже с месяц как числишься сотрудником KfA. Выходит, готовились заранее.
— Что же получается, — проговорил обер-лейтенант. — Они знали, что я служу в штази, но заранее заготовили мне должность во Внешнеторговой палате? Тебе не кажется, что у них далеко идущие планы?
— Кажется, но пока мы не знаем — какие, придется делать то, что они хотят.
— Значит, я еду завтра, в двадцать два ноль ноль, — сказал он.
— Значит, едешь, — ответил Вебер.
— А если на границе увидят, что мои документы фальшивка?
— Не увидят. Я привез тебе настоящие. Теперь ты официально числишься дипломатическим курьером. Будь спокоен и держись легенды.
Он протянул ему новое удостоверение, снабженное печатью и подписанное президентом KfA, как и прежнее. Штольц убрал его в карман, а старое отдал напарнику. Они обнялись напоследок.
Берлин, штаб ОКС РККА в Германии, зал совещаний. 18 февраля 1942 года.
Зал был просторным, с длинным столом, покрытым зеленым сукном. На стенах — карты Германии, Польши, Чехословакии, Болгарии, Югославии, Венгрии, Румынии — всех наших союзников в Восточной Европе.
Собрались все начальники управлений ОКС. Начальник штаба, начальник особого оперативного отдела, начальник артиллерии, начальник связи, начальник штаба ВВС, и новенький командующий ВВС полковник Василий Иосифович Сталин.
Он сидел в конце стола, сверкая новенькими погонами. Держался прямо, но я видел, что Василий Иосифович чувствует себя не в своей тарелке. Офицеры поглядывали на него и быстро отводили взгляды. Все знали, кто это. Только не знали как себя с ним вести.
— Начнем, товарищи, — сказал я, открывая папку с повесткой. — Первый вопрос на повестке совещания — это укрепление ПВО в районе Пенемюнде.
Маландин начал делать доклад. Я слушал, но краем глаза следил за Василием. Сталин-сын слушал внимательно. Видно было, что он немного нервничает, но не подает виду. Прослышал, видать, о суровых порядках в ОКС.
— Перейдем к авиации, — сказал я, когда Маландин закончил. — Товарищ полковник, доложите состояние военно-воздушных сил в зоне ОКС.
Василий Иосифович поднялся, подошел к карте.
— В составе ОКС на данный момент действуют три авиадивизии, — начал он. — Две истребительные и одна штурмовая. В наличии двести сорок самолетов, из них восемьдесят процентов — в состоянии полной боеготовности. Остальные требуют ремонта. Основные проблемы — нехватка запасных частей и низкая квалификация технического персонала.
— Что с Пенемюнде? — спросил я. — Как вы планируете обеспечить его воздушное прикрытие?
— Я подготовил план усиления, — сказал он, открывая папку. — Предлагаю перебросить на аэродром рядом с объектом дополнительный истребительный полк. Усилить патрулирование. Организовать дежурство двух звеньев в постоянной готовности.
— Сроки?
— Неделя, товарищ маршал.
Я посмотрел на него.
— Неделя — это долго. Нужно через три дня.