Утро Клемента Эттли, премьер-министра Соединенного королевства началось с папки, которая оказалась на его столе. На обложке стоял гриф «Совершенно секретно». Глава правительства его величества открыл ее и пробежал глазами по первым страницам.
Это были донесения разведки, доставленные с Континента, а именно — из Берлина, Варшавы и Праги. Эттли немедля вызвал генерального директора Секретной разведывательной службы его величества Стюарта Мензиса.
— Русские проводят учения, — проворчал премьер-министр, не поднимая глаз. — «Братство по оружию»… С участием немцев, поляков, чехов, венгров, румын и болгар. Под единым командованием.
— Да, сэр, — откликнулся полковник. — Жуков лично руководит ими на полигоне под Франкфуртом-на-Одере. Отрабатывают наступление и оборону, а также связь, взаимодействие и артиллерийскую поддержку. Все, что нужно для проверки готовности армии к войне.
— И как они показывают себя?
— На удивление слаженно. Похоже, Жуков проводит не просто учения, а отработку боеспособности нового военного союза.
Премьер-министр отложил папку, поднялся, подошел к окну. За стеклом моросил дождь. Лондон выглядел серым и унылым, как всегда весной. По этому скоплению крыш трудно было сказать, что этот город представляет собой столицу величайшей империи в мире.
— Что говорят американцы? — спросил Эттли.
— По нашим данным, госдепартамент готовит ноту протеста в Москву, — заговорил Мензис. — Формально для того, чтобы выразить озабоченность. Неформально — они пребывают в панике. Если Жуков сможет создать единую союзническую армию, мы окажемся перед фактом нового военного блока, который мы не сможем игнорировать.
— Мы тоже направим ноту, — сказал глава британского правительства, — но это не решит проблемы. — Он повернулся к главному разведчику, спросил: — Какую, по вашему, цель преследует Жуков этими учениями?
— Демонстрацию силы, — ответил тот. — Он хочет показать нам, что может собрать громадную европейскую армию, которая будет действовать как единое целое. Вкупе с ракетами, размещенными на Балтийском побережье, которые они вполне способны снабдить атомными боеголовками, эти учения дают нам понять, что с русскими нельзя не считаться.
Премьер-министр молчал, понимая, что угроза со стороны СССР не столько военная, сколько политическая. В британских колониях уже началось брожение. Даже Индия — эта жемчужина в короне его величества — все чаще поглядывает в сторону Советов.
— Ищите уязвимые места в этом восточноевропейском союзе, Мензис, — раздраженно проговорил Эттли. — Надо найти в нем трещину, куда мы сможем вбить клин. А мы пока тоже выразим озабоченность милитаризацией Восточной Европы, а также надежду на конструктивный диалог.
Берлин. 16–17 марта 1942 года.
Штольц и Шелленберг разошлись без лишних слов. Каждый знал, что делать дальше. Бывший начальник VI отдела РСХА отправился в контору Международного Красного Креста, где должен был честно отрабатывать свою легенду.
И он действительно работал. Проверял списки военнопленных, ставил печати, пил кофе с коллегами. Дважды его вызывали к начальнику — тот был доволен новым сотрудником и не задавал лишних вопросов.
Внешняя сторона жизни Вальтера Гринберга не только у британского резидента, но и у его сослуживцев по по МКК не должна была вызывать вопросов. Ничего особенного, обычный швейцарский чиновник, выполняющий рутинную работу.
Вечером семнадцатого марта Шелленберг вернулся в свою комнату в гостинице. На столе лежал конверт. Без обратного адреса и марки. Вскрыл его. Внутри записка: «Информация подтвердилась. Завтра, 12:00, кафе на Фридрихштрассе. Жду». Подписи не было.
В указанное время «Гринберг» был в кафе. Вольф уже сидел за столиком, перед ним стояла дежурная чашка кофе. Когда его «швейцарский» визави опустился напротив, британский агент немедленно перешел к делу:
— Ваша информация оказалась подлинной. Указанные грузы действительно прошли через указанные пограничные пункты. Это укрепляет ваше реноме в наших глазах.
— Значит, вы готовы работать со мной?
— Я готов дать вам шанс, — ответил Вольф, — но теперь мне нужно нечто более серьезное. — Он подвинул к Шелленбергу конверт. — Здесь — адрес. Завтра в это же время вы должны быть в указанном доме. Там вы встретите человека, который расскажет вам, что нужно делать.
— Что за человек?
— Вы узнаете, когда придете. Пока запомните, если вы провалите задание, то потеряете все. Если выполните — сможете начать новую жизнь.
Вашингтон, Белый дом, Овальный кабинет. 17 марта 1942 года.