Марина ждала такого вопроса, она целый день напряженно думала как раз об этом.
Где искать? Конечно, искать следует там, где торгуют чем-то подобным. Там, где концентрируются любители порнографии.
– В секс-шопах, конечно, – усмехнулась она. – Правда, я там никогда не бывала, но это уж другое дело. Побываю, присмотрюсь. Думаю, что именно там могут что-то знать о кассетах с маленькими детьми.
Вербин закинул ногу на ногу и вздохнул.
– Именно так я и думал, – мрачно заметил он. – Ты никогда не бывала в секс-шопах… А ты хоть знаешь, сколько их всего в Унчанске? Я тебе скажу – одиннадцать. И все они, в общем-то, под контролем. То есть никакой детской порнографией они не торгуют.
Об ассортименте этих магазинов, носящих стыдливое название «Интим», Вербин тоже рассказал.
Там продаются презервативы разных видов и марок, таблетки и мази для полового возбуждения, фаллоимитаторы самых разных размеров, цветов и форм, вибраторы и всякое такое. Словом, все для реального секса. А кроме того, имеется большой выбор видеофильмов и литературы по всем направлениям – от гетеросексуального до гомосексуального. О том, являются эти фильмы порнографическими, то есть подлежащими запрещению, или же они эротические, ведутся постоянные дебаты, и по каждому конкретному фильму можно долго спорить с разных точек зрения.
Но чего в магазинах «Интим» нет – так это фильмов с насилием и с детской порнографией.
– Потому что владельцам это невыгодно, – пояснил Вербин, пожав плечами. – Детское порно – уголовщина, и тут не о чем спорить и незачем звать экспертов.
Каждый владелец магазина это отлично знает. Бизнес у него хороший, прибыльный.
Зачем ему так страшно рисковать? Выставишь на продажу один такой фильм, заработаешь лишних сто рублей, а за это потеряешь все, да еще сядешь в тюрьму.
Нет, они таким не торгуют.
Но Марина не собиралась так легко сдаваться.
– Но где же еще могут продавать такие кассе – приглашая собеседника к размышлению, спросила она. – Рассмотрим ситуацию. Дано: в Ун-чанске есть примерно сто человек, которые очень хотят и могут покупать видеокассеты с детским порно. Спрашивается: куда они могут пойти со своим желанием и своими деньгами? Ответ: туда, где продается нечто подобное этого же профиля. То есть в секс-шопы.
– Ты думаешь, что в шопах эти кассеты продаются нелегально? – усомнился Вербин. Потом задумчиво добавил:
– Впрочем, почему бы и нет? Всякое бывает, за всем не уследишь. Нужно проверить, ты права.
Марина торжествовала – начальство окончательно одобрило ее план действий.
Но на лице Вербина застыло тягостное выражение – он о чем-то напряженно думал.
– Вот что еще, – наконец проговорил он недовольно. – План твой хорош, но кто его будет исполнять? Ходить по секс-шопам и прикидываться из-вращенцем, готовым купить за любые деньги детское порно… Кто это будет делать? Не ты же, тебе нельзя, никто не поверит.
Да, об этом Марина не подумала. Кто же в самом Деле поверит в то, что молодая красивая женщина всерьез интересуется такими вещами? Хоть на тебе и не написано, что ты сотрудник милиции, но все же…
– Ладно, – решил наконец Вербин, вставая, – распределимся так: ты пойдешь по всем школам го-Рода с фотографиями детей. Кстати, снимки уже готовы, утром можешь забрать. А по шопам пройдусь я. Где-то у меня валялась накладная борода.
Нужно будет почистить и расчесать.
Уже уходя, он обернулся к Марине:
– Сколько в Унчанске школ?
– Девяносто четыре, – без запинки ответила Марина. Это она, как бывшая учительница и сотрудник ИДН, знала назубок. – Семьдесят восемь полных средних и остальные – восьмилетки. За десять дней можно все обойти.
– За пять, – усмехнулся майор. – УВД взяло проверку на контроль, и областная прокуратура – тоже. Теперь будут требовать отчета каждый день. Так что на школы у тебя пять дней. Идет?
Дорога домой показалась на этот раз Марине очень короткой – она была окрылена. Еще бы! Ее первое расследование на новом месте оказалось серьезным – сама областная прокуратура взяла на контроль, это не игрушки. Чувство ответственности всегда ободряло Марину, еще со школьных ученических времен, когда она была бессменной старостой класса.
– Зачем тебе все это надо? – удивляясь ее рвению, говорили подружки, пожимая плечами. – Таскаться куда-то, отвечать за что-то…
Но Марина успела привыкнуть к таким недоуменным вопросам. Ее как раз всегда взбодряла ответственность. Это чувство стимулировало ее, давало новые силы, можно сказать – тонизировало.