— У меня есть дар, — смущенно произнес лекарь. — Но он проснулся поздно. Почти в сорок лет, и он всего лишь первой степени. Без специальных амулетов его даже не определить.
— И какая же у вас стихия?
— Я не знаю, — произнес старик, опустив взгляд. — Он слишком мал, чтобы что-то сказать точно. Но я много узнавал... на старости лет во мне мелькнула искорка надежды на обучение магии.
— Тщетно?
— Тщетно, — кивнул старик.
— Что же, — вздохнул мэр и, закинув ногу на ногу, начал рассуждать: — Мы не можем отпустить вас. Более того, мы не можем дать информации о нашем одаренном уйти на сторону. Но если мы хотим, чтобы его навыки во владении магии росли, нам нужны книги... В идеале учитель, но хотя бы книги.
Тут он поднялся и принялся расхаживать по кабинету.
— Я знаю, как у франков налажены отношения между родственниками. Если бы не ваши связи, вы бы давно погибли бы как нация. Однако вы продолжаете существовать и всячески поддерживаете свои связи. Это может сыграть нам на руку, — тут он развернулся и пошел в другую сторону. — Если ваша родня согласится помочь нам, то ваши родственники могут приобрести подобную литературу где-нибудь в империи. Так далеко, чтобы о нас даже не подумали, а затем доставить книги нам. Это очень выгодный и безопасный план, если бы не парочка «НО».
Первое и самое важное — среди франков тоже хватает болтунов. Это факт и с этим тоже придется мириться. Это значит, что риск попасть под горячую руку Кусарифа очень высок.
Второе, но не менее важное «НО» — причина. Я говорю о той причине, которая заставит франков вообще ввязываться в это дело.
Жулье смотрел за мэром, не отрывая взгляда, и, как только тот остановился и повернулся к нему, произнес:
— Свобода. Дайте нам свободу на поселение в городе, и мой народ станет под ваши знамена, — произнес Жулье.
— Вот тут самый опасный момент, — хмыкнул Айзу. — Свобода для франков — это очень опасно. Все прекрасно помнят Сумар, где франки захватили власть.
— Это была вина не франков. У нас не было выбора...
— Но резня была, — заметил мэр и, пожевав губами, произнес: — Я могу предложить... паритет. Как на счет основного закона, по которому в этом городе всегда будет паритет?
— О чем вы?
— К примеру, магазины. Ни один франк не сможет открыть в городе магазина, если их станет хотя бы на один больше, чем у остальных жителей. И так во всем. Стража, места вельмож и прочее, и прочее...
— Это... — замялся Жулье.
— Это лучше, чем в любом другом городе на западном побережье, — перебил его мэр. — Даже в империи есть закон «десятины». Я предлагаю вам подобный основной закон в нашем городе в обмен на помощь в развитии нашего подопечного.
— Я не могу подобное решать за весь мой народ и тех, кто будет в этом участвовать, — признался Жулье. — И для переговоров мне все равно надо будет оправиться в Кусариф.
— Зачем? Вам нужен ваш брат Пьер? Так давайте пригласим его сюда, — пожал плечами Айзу. — Он же у вас видный торговец? Тогда точно будет не против хорошенько подзаработать. Отправите ему письмо с выгодным предложением и очень важным товаром. Пусть приезжает лично.
— Но у меня нет товаров...
— У нас есть, — вмешался Зит. — Нам, конечно, вставляют палки в колеса, но мы все же иногда ловим контрабандистов.
— Вот и решение вопроса, — расплылся в улыбке глава города. — Осталось дело за малым — написать вам письмо брату Пьеру.
Глава 4
— Второй месяц в синяках, — недовольно произнесла Луна, повернувшись на бок.
Сестра лежала в кровати, укутавшись теплым одеялом.
— Учеба такая, — нехотя признался Рус.
— Где это видано, чтобы маги в синяках ходили?
— Больно много ты магов видела, — усмехнулся брат. — Да и не делу магов меня синяками учат.
— А чего?
— Меня... — тут парень запнулся, пытаясь подобрать слова для объяснения того, чему его учит Дог. — Биться меня учат. Сталью.
— У тебя ведь сила есть...
— Сила есть, только показывать мне ее нельзя, — вздохнул парень. — Много народу за мою силу будет знать — проблем будет много.
— А силе? Силе тебя учат?
— Сам учусь, — хмуро произнес парень.
Девочка несколько секунд помолчала, а затем спросила:
— А ты к Сулиму когда пойдешь?
— За рогалики сахарные думаешь? — с улыбкой произнес парень.
— За них.
— Завтра к нему иду. А послезавтра на улицу Кожевников пойду.
— За тебя много говорят, — прошептала Луна. — Ты везде работаешь, тебя везде учат. Кто-то говорит, ты дурной, на работе помешанный. Кто-то думает, ты деньги копишь. Уехать хочешь.