— А что мне законы имперские, — пожал плечами Рус. — Я свободен, и империи ничего не должен.
Парень создал плетение простой огненной стрелы — более экономного и эффективного варианта того слабого луча, который он использовал с имперским магом в горах. Удерживая плетение, он внимательно смотрел на белое от страха лицо мужика.
Несмотря на то, что старший разбойников явно его боялся, он был собран. Копье не дрожало, ноги не тряслись, и мужик был явно серьезно настроен.
— Время для своих выигрываешь, — понял Рус. — Зря. Все равно найду и быстро.
Выпад, и кончик копья врезается в защиту, но вместо звона или отбрасывания, наконечник расплавленным металлом льется на землю. Сверху металла сыплется зола от половины древка копья.
Старший ватаги тут же сделал пару шагов назад и выронил из рук копье. Сглотнув ком ужаса в горле, он уставился в глаза парня.
— Кто ты такой? — спросил маг.
— Форд, — ответил противник. — Форд, кузнечий сын.
— Откуда будешь, Форд?
Мужчина молчал. Не убегал, но и отвечать не спешил.
— По рукам видно — не просто так у тебя кузнец в отцах, — произнес Рус. — Ты ведь не разбойник, верно? Ты кузнец?
— Есть такое.
— А чего тут делаешь?
— На жизнь скребу, — произнес противник. — Беда дома. Так бы на тракт лихачить не пошел бы.
— И что у тебя за беда?
— Урожай в черной плесени стоит. К осени голодом сидеть будем. Даже на посев нет. Вот мы и...
— Плесень, говоришь? — нахмурился Рус.
После нескольких секунд размышлений парень спросил:
— Далеко ваша деревня?
— Я на родную кровь худо наводить не стану, — заупрямился мужчина.
— Меня твои родные не интересуют. Меня интересует черная плесень, — произнес Рус, припоминая рассказы Жулье о подобном явлении. — У вас сухо, а плесень эта только у болот живет. Не должна она у вас на полях поселиться.
— А откуда она ж тогда? — спросил мужчина.
— Ее либо принесли, либо кто-то магией ее навел, — пожал плечами парень. — Если первое, то это дело можно поправить. Если второе, то... пробовать надо.
— Мстить не станешь? — с недоверием спросил Форд.
— Не стану, — мотнул головой парень. — С тебя еда и кров. Поглядим, что у вас...
***
Форд повернулся к двум перепуганным женщинам и строго приказал:
— Не стойте, дуры! Стол накройте. Разносол из погреба достаньте. Много не тащите, но чтобы разного было и побольше. И мясо в печь суйте, что осталось! Быстро!
Пара женщин тут же умчалась, а Форд снова уставился на парнишку, который ходил вдоль поля и обрывал колоски, стараясь найти максимально зараженные.
— Ром, ты баню истопи да пожарче. Квасу тоже достань. Кувшина два, не меньше, — произнес кузнец.
— А маг-то настоящий? — спросил стоявший рядом односельчанин.
— Настоящий, — не отрываясь произнес Форд и сунул в руки спросившего обгорелое древко. — Я его защиту копьем ткнул, так у меня и наконечник потек, и древко пеплом осыпалось.
— Это почему? Как?
— Огонь его дело, — ответил кузнец. — Сильный огонь.
— А не полыхнут у нас поля-то? — спросил уже другой мужик.
— Не знаю за то, но даже если полыхнет — хуже уже не будет. Черную плесень все равно выводить нужно, — ответил кузнец.
— Как бы беды он нам не принес, — произнес полноватый мужик. — Маги имперские раз были, так всех девок перепортили. Ни на что не смотрели, даже жен к себе в постель тащили.
Кузнец мрачно взглянул на говорившего.
— Не похож он на имперского. Говорит, что вольный. Мог ведь меня там и сжечь, но нет. Не стал.
— Может, он ищет чего?
— Может и ищет, но даже если и... — тут кузнец махнул рукой. — Не до чести бабской, мужики. Если поля не соберем — голодом сидеть будем. Совсем худо будет. Пусть он хоть всех перепортит, но если мы черную плесень не сведем... Я ему свою дочку отдам.
Мужики начали переглядываться.
Положение деревенских мужиков было на грани. Многие уже прикидывали: куда податься. Уходить с родных земель не хотелось, но урожай гнил прямо на поле. Черная плесень поразила не только зерновые, но и все, что выращивали местные. Она добралась даже до яблонь, четко намекая, что зиму им не пережить.
***
Глава 13
Рус устало вздохнул и спиной спиной к стене.
В доме, где ему накрыли стол, было чисто, прибрано, а еда была пусть и не богатой, но сытной. Напротив него сидело трое главных мужиков, включая сына кузнеца Форда.