— Этот придурок приперся к главному вождю северян и порвал его на части, а потом поднял в виде нежити, у которой поменял руки с ногами местами.
— Зато за знатью северных племен гонялась жопа с ручками! — обнажив клыки ответил упырь. — Представляешь, как северяне срались от ужаса, когда их хватала руками задница? Она ведь еще и разговаривать пыталась!
— Больной ублюдок, — покачал головой Хойсо.
— Педантичный маразматик! — огрызнулся Роуль.
— Как мне сделать, чтобы у меня постоянно было пламя? — вмешался Рус, чтобы прекратить бессмысленный спор. — Какой-нибудь артефакт?
— В смысле какой-то? — возмутился упырь. — В старой империи это был не какой-то, а конкретный артефакт. Посох мага. Это и статус, и основной инструмент для выравнивания коэффициентов Нюра.
— Да, раньше их часто использовали, но где-то лет пятьсот назад их посчитали архаизмом. Был один умник в университете новой империи, который вывел умозаключение, что посох демаскирует мага, и часто по его манипуляциям можно предугадать следующее заклинание.
— Ага, — хмыкнул Роуль. — А то, что к этому времени техники работы посохом деградировали до предела — это он, конечно, не посчитал.
— В любом случае, после его трудов многие отказались от посохов. Я не слышал про мага со стихийным посохом уже лет двести точно, — кивнул черт. — Но техника сама по себе очень и очень помогает в невыгодных ситуациях.
— А почему вы без посохов? — задала вопрос Тук.
— Потому что нас невозможно оторвать от родной стихии. Ни его, — указал Роуль на черта. — Ни меня нельзя взять и отрезать от тьмы, нельзя взять и пробить нашу суть светом. Мы уже часть этой тьмы. Мы лишь меняем форму и энергию...
— Я тебе говорил — не ешь ту старуху, — буркнул черт, глядя на застывшего задумчивой форме учителя. — Она из племени Хали была. Теперь неделю будешь не к месту философствовать.
— Что?
— Заканчивай жрать старух! — буркнул черт.
— Ой, а я и не особо хотел! Она меня в артефакт захватить хотела! — возмутился черт. — Что мне на нее, смотреть надо было?
— Достаточно было сердце вырвать, мог бы и не жрать ее целиком! И вообще, зачем ты ее кишками швыряться в слуг принялся?
— Не швырять, а хлестать! Имперцам полезно! И вообще, не каждый день получается съесть прорицательницу...
— Там прорицаний было с воробьиную коленку!
— КАК МНЕ СДЕЛАТЬ СТИХИЙНЫЙ ПОСОХ?!! — прервал очередной спор между учителями криком Рус.
— Если попроще, то можно драконью кость взять, — пожал плечами черт.
— Ты когда последний раз этих тварей видел? -хмыкнул Роуль. — Это не попроще, а приключение на полжизни будет. Надо сплав какой-нибудь стихийный.
— За хорошим сплавом — к Шике, — с усмешкой произнес Хойса и подмигнул упырю. — Ты к ней давно не заглядывал!
— Нет уж, — передернул плечами учитель. — Лучше я...
Тут он замер и широко улыбнулся. Взгляд его скосился на ученика.
— Нет, ты с ним так не поступишь, — сморщился черт, при этом пряча улыбку. — Ты ведь не сделаешь этого?
— А что в этом плохого? Хочешь хороший посох — будь добр потрудись.
— О чем вы? — не выдержал Рус.
— Тебе не понравится, — с плохо скрываемым ехидством произнес Роуль.
— Вы сначала скажите...
— Помнишь, я спрашивал тебя об одной вещи?
— Какой?
— Как ты относишься к сексу с мертвецами?
— Вы ведь сейчас не серьезно? — спросил Рус.
— Он серьезно, — кивнул Хойсо. — Серьезнее некуда...
Глава 18
Она стояла, вскинув руки вверх, и смотрела в свод пещеры. Высокая подтянутая грудь, изумительная осиная талия и милое личико.
— Это ведь статуя, — произнес парень, глядя на девушку.
— О-о-о-о да-а-а-а-а! — протянул учитель. — Это действительно статуя. Шика всегда была красоткой. Просто изумительной, страстной и безумно красивой девушкой. Был у неё один изъян. Она была магом земли, а в частности камня.
— И?
— В какой-то момент она стала увлекаться сродством со стихией и залезла туда, куда не следовало. Ее сердце перестало биться, и она превратилась в камень. Мы бились за нее несколько столетий, но все сходилось к одному. Пока ты удерживаешь ее внимание, направляешь в нее силу — она медленно возвращается, но стоит прекратить, как... — Роуль развел руками. — Камень поглощает ее, оставляя нас в одиночестве, а ее в плену гранита и...
— Слушай, может ты отрыгнешь эту старуху? — спросил Хойсо, с подозрением глядя на друга. — Ты меня начинаешь пугать!