На третий день нашего путешествия однообразный пейзаж из гор и снега, наконец, сменяется, и посреди белых равнин, сияя на солнце, перед нами предстаёт Хрустальный дворец. От него слепит глаза, но куда более неприятны воспоминания, что связаны с этим местом.
Новые обещают быть не лучше.
Я покидаю карету с дурным предчувствием. Интересно, отчёт трёх недель уже начался, или благородный ёрмунганд даст мне хоть денёк форы? Нужно составить список дел, и главное из них – подготовить побег на случай, если ни один из планов не выгорит.
Ловлю взглядом свою мать, раздающую указы начёт своей поклажи. Нет, поправка, вот оно – моё главное дело.
– Аллара дель Монрок, – слышу я сбоку и рассеянно оборачиваюсь.
Передо мной сухонькая старушка в чепце. Она, на радость, дружелюбно улыбается.
– Позвольте мне проводить вас в ваши покои и представить вас хозяйке гарема.
Не успела я войти во дворец, как меня уже жаждет увидеть та, что рада мне будет меньше всех. Но, вероятно, это хорошо, что встреча состоится сразу. Я киваю и следую за пожилой служанкой. Аделаида тут как тут, изображает не то мою личную горничную, не то чересчур опекающую матушку. Хильда тоже не отстаёт. Ну и свита у меня…
– Хозяйка гарема – невеста ёрмунганда? – осторожно интересуюсь я у служанки, пытаясь прощупать почву. Чего ждать от этой встречи?
Женщина с улыбкой качает головой.
– Нет, аллара. Принцесса Рания не интересуется делами гарема и редко подкидает свою комнату.
– Тогда… кто же она?
Мы идём по воздушным хрустальным коридорам, которые сегодня, в честь солнечного дня, так и переливаются перламутром. Но никто из нас не обращает внимание на волшебный вид дворца. Хильда напряжена так, что со стороны больше напоминает палку, а Аделаида полностью погружена в свои мысли. Кажется, весьма радужные, ибо уголки её губ то и дело чуть приподнимаются. Жуть.
Словоохотливая служанка спокойным журчащим голосом отвечает на мой вопрос, и её тихий голос едва ли нарушает хрустальную тишину коридоров.
– У великого змея есть фаворитка, аллара Меноя. Именно она заправляет всеми делами Хрустального дворца.
Я загадочно хмыкаю. Назначить главной любовницу при невесте – да не одну меня тут пытаются всячески унизить! Интересно, как нравится такое положение дел принцессе Дашмана.
Спасибо пламени, Хильда уходит, когда нас приводят в комнату отдыха гарема. Она выполнена в довольно вульгарном стиле, который явно понравился бы моей матери, но я во всём этом обилии рубинового бархата и золота чувствую себя скорее в борделе, чем в части Хрустального дворца. Стиль этого места резко контрастирует с остальной его обстановкой.
Здесь множество тихих служанок с закрытыми вуалями лицами, а на диванчике посреди залы полулежит девушка, при взгляде на которой с моих губ едва не срывается тихий смешок.
Аделаида шипит мне на ухо, словно кипящий чайник:
– Не потянул оригинал, нашёл себе дешёвую копию?!
Девушка с томной улыбкой встаёт с дивана и плывёт к нам. Её шёлковые воздушные одежды явно стоят целое состояние, как и украшения, но вкус у неё ужасный. Впрочем, во всём остальном она настолько похожа на меня и Аделаиду, что выглядит наша встреча, как семейное воссоединение. И лишь холодные голубые глаза служат явным отличием. Впрочем, всё в облике Менои кажется приглушённым, не таким ярким, как во внешности меня и Аделаиды, но эта разница почти неуловима.
– Добрый день! – воркует рыжеволосая красавица. – Как добрались? Я Меноя, Винс столько рассказывал о вас, Рубия! Так рада познакомиться, вы в жизни ещё красивее, чем говорит молва!
– Это взаимно, аллара Меноя, – вежливо улыбаюсь я, напряжённо размышляя, в каком контексте Винс решил рассказать своей любовнице о своей бывшей возлюбленной.
– Позвольте предложить вам чаю с дороги, – Меноя делает взмах рукой, и служанки, как дрессированные, начинают сервировать стол.
Похоже, всё здесь и правда подчиняется ей. Но что это: привычка или желание продемонстрировать мне, кто тут настоящая хозяйка?