– Когда это мы виделись в последний раз? – спрашивает он задумчиво, будто сам у себя, но я напоминаю:
– Летом, на свадьбе Вилле и Райдена.
Слово «виделись» тут употреблено слишком буквально, мы и правда просто мельком взглянули друг на друга, не перекинувшись и словом, даже кивком.
– И казалось, что у тебя всё хорошо, – кивает он. – Ты выглядела роскошно.
Умеет же он ввернуть комплимент, так что он кажется чуть ли не плевком. Поджимаю губы, чтобы спрятать неуместную усмешку.
– На тот момент у меня всё было неплохо. Но затем минуло лето, Совет Альянса, что следил за Ристайлом и за тем, как Лестрейл справляется с его управлением, дал императору испытательный срок и уехал. А Лесси начал охоту на ведьм, вернее, на всех, кто, как он посчитал, виноваты в его шатком нынче положении. Только вот все разбежались, кто куда, а я, как дурочка, осталась, думая, что меня он не тронет после того, как лично объявил меня баронессой дель Монрок. Но я не учла, что у него есть… личные интересы. В итоге он объявил, что как глава семьи дель Монроков я тоже должна ответить за преступления, что совершила моя семья. И вот я здесь, – неловко хихикаю я, совершая быстрый театральный поклон.
Винс слушает меня беспристрастно, ни один мускул не дёргается на его лице, что сейчас напоминает лицо каменной статуи. Когда я завершаю свой невесёлый рассказ, он поднимается с постели и делает несколько шагов по комнате.
– Эта история имела много негативных последствий, – говорит он, и в его голосе, где-то там, на дне, я слышу беспокойство. – Скандальный развод Вильгельмины с огненным драконом всеми был воспринят, как доказательство, что огонь и лёд не могут быть вместе. Другие назначенные пактом межрасовые пары тоже стали признаваться, что брак для них невыносим. Такая мелочь привела к новым вспышкам конфликтов на границе. Конечно, мне удалось обратить всё это против Лестрейла. Проблема в том, что ледяные драконы начинают провокации ничуть не реже огненных.
– Быть может, мы и правда не можем существовать вместе? – задумчиво бормочу я.
Винс угрожающе щурится.
– Оставь подобные мысли. Они ведут к тому, что мы движемся к новой войне семимильными шагами. На счастье, Лестрейл тоже не хочет войны, по крайней мере, сейчас. Потому он согласился отдать тебя мне.
Невольно вздрогнув от его пристального взгляда, и непонимающе смотрю на Винсента.
– А я тут при чём?
И снова уголок губы, что приподнимается вверх в ядовитой ухмылки, вместо искренней улыбки.
– Ты можешь помочь доказать всему миру обратное. Показать, что ледяные и огненные драконы могут не просто уживаться, но и влюбиться.
Я уже понимаю, к чему он клонит, и мне это не нравится, потому я решаю играть дурочку до конца.
– Каким же образом?
– Многие знают нашу историю, – говорит Винс, словно пытаясь приморозить меня взглядом к полу. Я уже не знаю, куда девать глаза. – Но поверхностно, без подробностей. Дескать, была такая пара, но он стал правителем, и им пришлось расстаться. Представь, что подумает общественность, если мы заявим, что чувства жили все десять лет, и мы так и не смогли их побороть?
Он делает шаг ко мне, но я не выдерживаю – отступаю.
– Сыграть в любовь? – переспрашиваю я недоверчиво. – Ты предлагаешь мне фиктивный брак?
Пристальный взгляд отпускает меня из своих тисков. Винс искренне смеётся, запрокидывая голову.
– Брак? Руби, кто говорит о браке? У меня есть невеста, достойная ёрмунганда, принцесса Дашмана. Я предлагаю тебе стать наложницей, для всех – горячо любимой и любящей настолько сильно, что готовой смириться с наличием у меня жены в будущем. Жениться на дочери барона из Ристайла ёрмунганду не пристало.
Да, ничего нового. Прикладываю руку ко лбу, чувствуя внезапно нахлынувшую усталость. Я ему не пара, и он не устанет мне об этом напоминать. Его единственная любовь – это корона. Но я не позволю делать из себя пешку.
– Зачем ты вернулся? Снова разбить мне сердце? – шиплю я, с яростью глядя на безмятежное лицо того, кого однажды любила.
– Твоё сердце мне не интересно, – ухмыляется он. – Это сделка. Мы сыграем в любовь ради мира между нашими странами.
– Только ты мог предложить такое. Ведь у тебя самого сердце ледяное.
– В самом деле, – шепчет он, вдруг оказавшись совсем близко. – Но я напомню тебе, что даже с ледяным сердцем могу быть очень горячим...
– Не прикасайся! – восклицаю я, отталкивая его с силой. Неожиданно он даже покоряется и отступает. – После всего того, что произошло по твоей вине, ты думаешь, что можешь просто так приехать и заявить подобное?! Хочешь, чтобы я стала твоей официальной подстилкой без права на что-либо? Ты ничуть не лучше Лестрейла!