И вот в самый неподходящий момент, в коридоре мы услышали голос служанки.
— Господин, Эркхард! Господин, Эркхард! Вас срочно вызывает, господин Кариан!
Мужчина нехотя отстранился. Тяжело дыша-рыча, уткнулся лбом в мое плечо, и резко вскочил, оставляя растерянную и задыхающуюся от страсти, которая билась и пульсировала внизу живота от неудовлетворения, одну.
Я устало откинулась на подушки, прикрываясь шкурами лисиц.
Великие Предки! Софи! Ты только что чуть не отдалась Превородному!
Но признаться, как бы я не уговаривала и взывала к собственной совести, она молчала. Видимо была солидарна с ушедшей робостью, отдав меня в лапы животным инстинктам.
8.1
И как теперь в глаза ему смотреть? Что делать? А вдруг он подумал, что я распутная девка, или еще хуже...
Схватившись за голову, я плюхнулась на стул, и уронила голову на толстые, раскрытые книги, лежавшие в беспорядке на длинном резном столе в библиотеке.
С Эркхардом мы не виделись уже пять дней, и может оно и к лучшему, но я уже столько раз прокручивала в голове постельную сцену, дорисовывая нюансы, что каждый раз краснела, как кисейная барышня...
Барышня. Да. Я была таковой, пока не оказалась здесь.
А теперь... Эркхард не появляется, и малышка куда-то пропала, заставляя мое и без того взвинченное сердце тревожится еще больше. От слуг, я узнала, что маги совершили очередное нападение, и теперь их силы окрепли. Несколько десятков гурнов получили серьезные ранения, и сейчас находились в больничном крыле на попечении у Эльзы, которая едва справлялась. Никто не знает, какое оружие использовали маги, но раны на гурнах не затягивались, а наоборот, начали загнивать. Эльза обратилась ко мне за помощью, и я не могла ей отказать.
Поиски темницы пришлось отложить, а вот книги по целебной магии искать оказалось куда дольше, но я все же нашла парочку. Вот, и сижу изучаю, точнее вспоминаю, забытые знания, о которых так любили вещать учителя травологии и целительства.
Незаметно для остальных, я использовала браслет, но при этом полностью владела магией. Правда, теперь, во мне текла не ледяная магия, а магия целительства. И посему, замечая изумленные взгляды девушек (кончики волос приобрели немного зеленоватый оттенок), приходилось отшучиваться с неудачным экспериментом окрасить волосы настойкой из снежных цветов.
— Ну, что нашла что-нибудь? — взволнованно поинтересовалась Эльза, устало потирая ладони о грязный халат, на котором красовалось множество бурых пятен от засохшей крови.
— Нет. В книгах ничего нет. Да, ты и сама знаешь, здесь нет тех учебников, что в Академии, — грустно произнесла я, морщась от стойкого запаха гноя и лекарств, въевшихся в стены, даже свежий воздух уже никак не менял ситуацию. — Как они?
Эльза проследила за моим взглядом. Там за ширмами лежали гурны. Великие воины, слегшие от неизвестной болезни.
— Все плохо, Софи. Уже пять дней, а им все хуже. Настойки первоцвета и пергалии не помогают, мази не справляются с инфекцией. И я... я не знаю, что делать, — устало и обессиленно выдохнула девушка, понуро опустив голову.
— Зато, я знаю. Мы можем попробовать...
Эльза вскинула голову, и серьезно на меня посмотрела.
— Даже не вздумай, поняла? Если хоть один из них очнется и почует магию... Боюсь представить, что может произойти!
Эльза знала мой секрет, как и знала всю нелегкую историю об обретении зыбкой видимости свободы.
— У нас нет другого выхода, Эльза! Если мы не попробуем, они долго не протянут! Сколько у них еще времени? Неделя —две?
— Три дня.
Я округлила глаза.
— Три дня?
— Да, идем. Сейчас сама все увидишь.
Девушка выдала мне повязку на лицо, смочила руки раствором, водрузила пузырьки на поднос, а мне вручила ворох тряпок для перевязки и выстиранные полотенца, и повела к больным.