— Я бы хотела сегодня переночевать у мамы, если ты не против?
— Зачем?
— Последние пару дней она сама не своя. Наверное, скучает, но я хочу убедиться, что дело не в чем-то более серьезном. Завтра же с утра приеду обратно.
Мои пальцы сжимаются в кулаки. Я и так вижу ее урывками, а мысль о том, что Айрис будет ночевать где-то, кроме нашего дома, приводит меня в ярость.
— Тео отвезет тебя после ужина, а утром заберет, как только соберешься.
— Спасибо.
До конца ужина мы не проронили ни слова. Жена продолжает украдкой бросать на меня взгляды и смотреть на меня так же странно, стоит мне лишь на секунду отвести глаза. Неужели она думала, что я буду держать ее взаперти, словно пленницу, и не отпущу к матери? Неужели в этом кроется причина ее сегодняшнего странного поведения?
Доев, Айрис извиняется и встает из-за стола. Но, направляясь к двери, она замирает совсем рядом со мной. На один долгий вдох она просто стоит, слегка склонив голову в мою сторону, а ее тревожные глаза ищут в моих что-то неуловимое. Затем скороговоркой бормочет «спокойной ночи» и исчезает.
Спустя час я стою у окна своего кабинета и смотрю, как удаляются по аллее красные огни машины, увозящей мою жену. Следом тянется кортеж из трех внедорожников с ее охраной. Я отправил дополнительную группу, чтобы они были моими глазами. Пока я провожаю взглядом угасающие красные точки, уже сейчас ощущая ее отсутствие как физическую боль, в кармане вибрирует телефон. Я жду, пока последние огоньки не скроются из виду, и лишь потом поворачиваюсь к столу, чтобы ответить.
— Добрый вечер, сэр! — бодро звучит в трубке голос Мэгги. — Прошу прощения, если отрываю от дел.
— Что случилось? — рычу я. Она, черт возьми, прекрасно знает, что любые проблемы в «Аннексе» нужно решать с управляющим клуба, а не со мной.
— Я помню, вы говорили, что больше к нам не заглянете, но, учитывая условия эксклюзива, я решила, что лучше поставить вас в известность...
— В известность о чем? — Мое терпение на исходе, а запинки Мэгги стирают его в пыль.
— Ваша девушка только что связалась со мной, чтобы узнать, не хотите ли вы нанести ей визит сегодня вечером.
— Что? — реву я.
Мэгги молчит, только ее сбивчивое дыхание слышно в трубке.
— О-она сказала, что хотела бы встретиться со своим постоянным гостем, — наконец выдавливает она. — Я не стала сразу отказывать, решила сначала посоветоваться с вами. Вдруг вы передумали и всё-таки хотите ее увидеть.
Я сжимаю телефон с такой силой, что корпус вот-вот треснет. Моя жена только что позвонила, чтобы заказать встречу с другим мужчиной. С мужчиной, которого она целовала всего за несколько часов до того, как вышла за меня замуж. С мужчиной, чьи дикие ласки она принимала с восторгом, хотя от одного моего прикосновения на следующий день ее трясло от страха.
Перед глазами встает красная пелена, я пытаюсь выдавить из себя ответ, но не могу вымолвить ни слова.
— Сэр? Сэр, вы меня слышите?
Из горла вырывается дикий рык.
— Передайте ей, что я буду.
Глава 27
АйрисТонкий шелк струится по ногам, пока я иду по причудливо украшенному коридору. В воздухе слабые ароматы смешиваются с едва уловимым запахом полироли для дерева. Толстый ковер под ногами глушит шаги, пока я следую за Мэгги к теперь уже знакомой двери. Всё кажется прежним, но ничто не осталось прежним.
И никогда уже не станет.
Понятия не имею, какой черт дернул меня связаться с Мэгги и попросить о встрече с моим загадочным, молчаливым гостем сегодня вечером.
Моим мужем.
Когда я выходила из лимузина Адриано, найдя его ежедневник, меня словно переехал грузовик. Словно кто-то обнулил мой разум, откатив к заводским настройкам. В одно мгновение всё, во что я раньше верила, было стерто в пыль. Всё, что я считала истиной, оказалось ложью.
Я оставила ежедневник Адриано там же, где нашла его в машине, но его невидимая тяжесть придавила меня к земле, заставив сесть на ступеньки черного хода. Наверное, я просидела там несколько часов, прокручивая в голове каждое мгновение, проведенное с Адриано. Пыталась найти то, что упустила. Улику. Случайную обмолвку. Явный знак того, что мой молчаливый гость и мой нынешний муж — один и тот же человек.
Была ли я слепа? Да. Глуха? Лишь потому что он сам выбрал немоту. Но как могли остальные чувства так жестоко меня подвести?
А может, и не подвели. Может, я просто отказывалась признать правду. Отмахивалась от слабого запаха моря, который замечала рядом с Адриано, списывая его на игру воображения. Убеждала себя, что его нет. Отрицала то, что мое сердце, должно быть, знало с самого начала. То, что пыталось показать мне подсознание.