— Ну что? Так и будете молча нарезать круги? — подначивает Барти. — Мне-то без разницы, конечно. Но вид у вас такой, будто вам нужно выговориться.
— Ты был прав.
Этот бесконечный скрежет наконец смолкает.
— Был? В чем?
— Мои мигрени. Они усилились.
— Насколько?
— Скажем так, сегодня утром я всерьез подумывал разбить голову о стену до крови, лишь бы унять эту боль. — Я замираю посреди кабинета. — Ты должен сказать мне, как от этого избавиться.
— Это может быть не так просто. Вам нужно позволить себе задуматься о вероятной причине твоих мигреней, Адриано. Понять механизм, заставляющий ваше тело реагировать подобным образом. Без этого любое решение, которое я предложу, не принесет плодов.
— Оставь свою психиатрическую демагогию при себе, док. Мне нужен ответ, и нужен прямо сейчас, иначе я, черт побери, свихнусь.
— Полагаю, вы перестали выслеживать девушку?
— Да! И теперь у меня дикая, черт возьми, головная боль. Думаю, дело в ее голосе. Наверное, он на какой-то странной частоте, которая резонирует с моими нейронами или еще каким-то дерьмом. Я не знаю.
— Гм. — Он швыряет ручку на стол и скрещивает руки на груди. — То есть она вас совершенно не привлекает? Не считаете ее хорошенькой или...
— Нет. Такая же, как миллион других, — говорю я сквозь зубы, пока в голове всплывают ее образы в ночном клубе.
То, как простое вязаное платье обтягивало ее фигуру, словно было отлито по ней. Эти большие янтарные глаза в обрамлении темных ресниц. Я ловил каждый ее взгляд, пока она щурилась, глядя на меня и явно пытаясь понять, кто я. Ее шелковистые пряди песочного оттенка, обрамляющие лицо и ниспадающие на спину, распущенные, а не заплетенные в привычную косу. Мои пальцы зудели от желания ощутить их мягкость, пока я целую вечность не сводил с нее глаз через переполненный бар. Не сводил глаз с ее соблазнительного рта. С этих слегка подкрашенных, чуть приоткрытых губ. Одних лишь мимолетных взглядов на них хватало, чтобы опьянить сильнее, чем скотч, который я пил. Может, именно поэтому я и сорвался. Поцеловал ее. Запустил пальцы в эти роскошные волны, чтобы взъерошить их.
Я неделями пытаюсь выжечь этот поцелуй из памяти.
— В ней нет абсолютно ничего, что могло бы меня соблазнить, — настаиваю я. — К тому же животные инстинкты — вроде похоти — мне не свойственны.
— Хорошо. Тогда кто для вас эта девушка? Пустое место, как канцелярская резинка, которую можно порвать, когда вздумается?
— Именно.
— Значит, если она пойдет куда-нибудь с другим мужчиной, для вас это не будет проблемой?
Я даже не осознаю, как пересекаю комнату и вытаскиваю Барти из кресла. В одно мгновение я нарезаю круги, как волк в клетке, в другое — уже прижимаю своего психиатра к стене, и его ботинки болтаются в футе от пола.
— Нет! — рычу я ему в ошарашенное лицо. — У меня не было бы с этим проблем. — Слова вырываются низким, утробным рыком. Угрожающим предупреждением обезумевшего зверя. Это вообще не похоже на мой голос. — Еще вопросы есть?
— Не-а, — кряхтит он. — На сегодня хватит.
— Отлично.
Я опускаю его на пол и выбегаю из кабинета.
Айрис
Клуб «Аннекс», местоположение неизвестно
–...на день рождения Эвелин, но я не пошла, мама себя плохо чувствовала. — Я поправляю повязку, затягивая узел потуже, он что-то разболтался. — В общем, пару недель назад мы с девчонками пересеклись с парнем Эвелин, Солом, и его друзьями. Вечер прошел нормально, пока... эм... я чуть-чуть не перебрала.
Стоит только вспомнить тот вечер, как на меня накатывают воспоминания, и меня бросает в дрожь. До сих пор не верится, что я напилась в хлам и наутро не могла понять: тот поцелуй был наяву или мне просто приснился. Я поклялась больше в рот не брать ни капли. Но это не мешает мне каждую ночь заново переживать тот обжигающий поцелуй в своих снах.
В другой ситуации я бы только обрадовалась жарким снам. Но не этому. И не этому поцелую. Потому что мужчиной, которого я целовала во сне, был Адриано Руффо.
Слава богу, за последние две недели я ни разу не пересеклась с господином Руффо. Увидь я его, даже не представляю, как бы отреагировала. Наверное, он все еще в Нью-Йорке, по делам. Хотя его возвращение — лишь вопрос времени. От этой мысли по спине пробегает новая волна дрожи, стоит мне только вообразить нашу следующую встречу лицом к лицу.