Что происходит?
Из меня вырывается всхлип, пока я жадно хватаю ртом воздух. Осторожно я сажусь. Нахожу опору под ногами и слезаю с кровати.
Страх заставляет меня пятиться. Инстинкт не дает потянуться к повязке. Что бы ни происходило в комнате, что бы ни означали эти странные звуки хрипов и судорожной возни, я не хочу знать. Не хочу быть свидетелем.
Приглушенный стон.
Хрип.
Кто-то борется за дыхание. И проигрывает.
Это длится долгими секундами, пока внезапно не обрывается.
Спустя тысячу ударов моего бешеного сердца раздается глухой стук. Словно что-то тяжелое рухнуло на пол.
В комнате воцаряется абсолютная тишина, нарушаемая лишь звуком шагов. Уверенных и ровных.
Приближающихся.
Идущих ко мне.
Я вжимаюсь спиной и ладонями в стену, чтобы удержать равновесие, потому что ноги готовы подкоситься.
Что происходит? Кто здесь? Чего они хотят?
Меня окутывает аромат моря.
Чистый. Успокаивающий. Умиротворяющий.
Я обмякаю от облегчения.
Это он.
Он стоит прямо передо мной. Я знаю это, хотя он не произнес ни слова. Не коснулся меня. Но я чувствую его. Чувствую его тепло.
Неуверенно я протягиваю руку. Пальцы касаются тонкой, гладкой ткани. Брючина. Поверх мускулистого бедра.
— Пожалуйста. Пожалуйста, забери меня отсюда, — шепчу я.
Две сильные руки обхватывают меня: одна скользит под колени, другая — под спину. Он поднимает меня, словно я ничего не вешу.
Словно повинуясь собственной воле, мои руки обвивают его шею. Лицо находит укрытие в мягкой ложбинке у его воротника. Я чувствую его участившийся пульс щекой. Ощущаю, как напряжены его скулы, пока он держит меня. Выдыхаю, когда его руки крепче сжимают меня.
Прижимая меня к груди, мой молчаливый гость разворачивается и выносит меня из комнаты. Ровный стук его шагов по паркету сменяется приглушенными ударами о ковер.
Тонкая соль. Едва уловимый цитрус. Я теряюсь в его умиротворяющем аромате.
Адреналин, который держал меня на ногах, отступает. Оставляя после себя лишь глубокую усталость и дрожь. От этого я лишь сильнее прижимаюсь к этому мужчине. К мужчине, которого я не знаю, но в то же время словно и знаю.
К мужчине, которому доверяю, ни разу не видев его лица. Услышав от него лишь шепот.
Он явно крепок. Это понятно по его походке и силе. Я чувствую его мощь в том, как он меня держит, в монолитности его груди, в жилистости его рук. Рук, таких твердых, но таких нежных ко мне.
Я должна бы паниковать.
Из-за того, что чуть не случилось... Я должна бы быть в ужасе, но я не в ужасе.
Я знаю этого мужчину. Молчаливого. Внимательного. Уважающего границы.
За последние месяцы я десятки раз была заперта с ним в одной комнате. Ни разу, ни единого раза он не попытался причинить мне боль. Не говоря ни слова, он сдержал свое слово.
Хотя у него было бесчисленное множество возможностей его нарушить.
И никто бы никогда не узнал.
И не остановил бы его, если бы узнал.
Этот мужчина очень могущественен. Очень важен. Это было ясно как день по тому, как Мэгги говорила о нем и с ним. Вероятно, он мог бы сделать что угодно. Что угодно со мной. И без всяких последствий.
Заверения о том, что девушки-хостес в безопасности за дверями «Аннекса», ничего не стоят. Сегодня я испытала эту иллюзию на себе. И все же этот мужчина не предал мое доверие. Редкое качество в наши дни.
Приглушенный стук, и поток свежего воздуха наполняет мои легкие.
Мы на улице.
Подошвы его ботинок тяжело ступают по асфальту. Ночной ветер прохладен, но мне не холодно. Я укутана в его тепло, в его сильные объятия. Жар его тела — тот спасательный круг, который мне нужен.
Меня слегка встряхивает, когда он наклоняется, чтобы усадить меня на мягкое кожаное сиденье. Я в машине. Едва я успеваю осознать эту мысль, как меня снова поднимают. На этот раз опускают на твердые, мускулистые бедра. Он посадил меня к себе на колени. И все еще держит.
Я должна бы возразить. Что-то сказать. Но этот успокаивающий аромат морского бриза уже тянет меня на дно. Силы иссякли, стойкость давно на нуле, и я безвольно приникаю к его широкой, надежной груди.
На меня набрасывают что-то мягкое. Пиджак. Затем тихо защелкивается дверца машины, и мотор оживает с низким рокотом.
Я закрываю глаза под повязкой. Он сдержал свое обещание; я сдержу свое.
Этот мужчина бережет свою приватность не просто так. Но это не помешало ему спасти меня. И это не помешает мне сохранить его тайну.
Даже от самой себя.
В конце концов, меня учила мафия.