Черт! Черт! Черт!
— Добро пожаловать, — услышала за спиной голос Вадима. А потом он подошел к Андрею и пожал ему руку. Вот он — мой самый страшный кошмар наяву.
— Здравствуйте, — удалось мне взять себя в руки. — Прошу, располагайтесь, — сказала гостям, указывая на стулья вокруг круглого стола. Я старательно избегала смотреть Андрею в глаза, потому что сразу стало понятно, что он узнал меня.
А дальше все прошло по обычному сценарию. Непривычным было только то, что во время презентации, которую проводил Вадим, сидевший напротив меня Андрей, бросал на меня изучающие взгляды. А я старалась делать вид, что не понимаю их причину. Мы обговорили условия и перспективы сотрудничества. И на этом надо было поставить точку в сегодняшнем обсуждении. Я уже открыла рот, чтобы сказать, как мы были рады знакомству.
— Маргарита Николаевна, — прозвучал вдруг голос Андрея, — могу с вами обсудить пару вопросов наедине?
— Да, конечно. — Ответила, замечая, как передернуло от этого вопроса Вадима. Он бросил убийственный взгляд в сторону Андрея. Но тот и бровью не повел, продолжая смотреть в мою сторону.
Когда мы остались наедине, Андрей подошел ко мне практически вплотную. И я тихо порадовалась тому, что жалюзи в конференц-зале были плотно закрыты, и никто из коллег не мог видеть того, что происходило в комнате.
— Как хорошо, что мы встретились снова. Я вспоминал о тебе. Но ты не оставила телефон. — Сказал он практически мне на ухо.
— Я этого не планировала. — Отвечаю ему, стараясь держать дистанцию. — И ты говорил, что работаешь в строительстве. Как так вообще получилось, что мы снова встретились? Ты обманул меня?
— Нет, я не обманывал. У меня, и правда, есть строительная компания. И сеть магазинов тоже я открываю.
— Ясно, — говорю, громко выдыхая.
Он обошел меня и стал напротив, заглядывая в глаза.
— Давай попробуем начать сначала. — Предлагает Андрей, обворожительно улыбаясь.
Я не успеваю ответить. Нас прерывает настойчивый стук в двери.
— Да? — кричу в сторону двери. И тут же в нее заглядывает Вадим.
— Маргарита Николаевна, у нас встреча запланирована через десять минут. — Его взгляд перескакивает с меня на Андрея, и потом снова останавливается на мне. А я точно помню, что никакой встречи у нас не запланировано. Тем более, через десять минут. Надо будет выяснить у него, какого черта он полез в наш разговор с таким бредовым поводом.
— Спасибо, Вадим Анатольевич. Мы уже обо всем поговорили. — Я снова смотрю на Андрея, и тот понимающе улыбается и кивает. А потом быстро выходит из комнаты.
— Вадим Анатольевич, — обращаюсь к своему заместителю, — потрудитесь объяснить, почему я только за десять минут узнаю о запланированной встрече?
— Что он хотел? — отвечает Вадим вопросом на вопрос.
— Да так, ничего особенного. — Что-то мне не нравится, что разговор сразу пошел не так, как я планировала. Теперь получается, что это я должна оправдываться, а не он. — Вы не ответили на мой вопрос. — Напомнила ему.
Вадим ничего не сказал. Он просто подошел ко мне вплотную, обхватил руками талию и привлек к себе. Я не успела что-то сказать ему, как он впился поцелуем мне в губы. Это был жадный поцелуй, украденный. Он бескомпромиссно раздвинул мои губы и просунул язык в рот, грубо посасывая мой. Он не нежничал и не осторожничал. А словно наказывал меня этим поцелуем. Но вместо возмущения по телу побежали мурашки, а из горла вырвался стон. На какое-то мгновение я забыла обо всем на свете. И о том, что мы находимся в офисе, и нас могут увидеть тоже. Но потом вспышка здравого смысла вернула меня в реальность, и я резко оттолкнула его от себя.
— Мы ведь договорились, — прошептала хриплым от сбившегося дыхания голосом.
— К черту эти дурацкие договоренности. — Он снова привлек меня к себе. А я с ужасом посмотрела в сторону двери, понимая, что на ней нет замка.
Глава 11. Вадим
Две недели я все ждал, что она как-то проявит свои чувства. Но Марго была на высоте. Она никаким образом не выделяла меня и, казалось, совсем обо всем забыла уже. И меня это задевало и бесило одновременно.
Я не был влюблен в нее, но ее безразличие сводило с ума. Такого самоконтроля наблюдать мне не приходилось еще ни разу в жизни. Иногда мелькала мысль, что ей на самом деле все равно, но я быстро отметал ее. Мое самолюбие бы просто не выдержало такой правды. И с каждым новым днем я хотел ее все больше. До дрожи в коленях. Хотел ее до одури и дрожания рук. Она не замечала этого, или очень умело делала вид. И получить ее для себя стало навязчивой идеей.