Гермиона хотела было продолжить отстаивать свою точку зрения, но все же оставила эту бесполезную затею: вчера вечером они уже говорили о чем-то подобном и в конце концов каждый остался при своем мнении.
— Это был Лекс, не так ли? — спустя время заговорила Гермиона, когда ранее посетившая ее догадка вновь напомнила о себе. — Что ты ему сказал?
— Никогда не перестану восхищаться твоей наблюдательностью, — отшутился Драко, но, почувствовав на себе требовательный взгляд Гермионы, все же продолжил, чтобы утолить ее любопытство. По правде говоря, даже без его устного подтверждения она была уверена в том, что оказалась права. — Я сказал ему, что если Флеминг умрет, то мракоборцы начнут расследование и рано или поздно найдут виновного. Любой нормальный человек не захотел бы провести остаток жизни в Азкабане за убийство такого ничтожества, как Нейт, и Лекс не стал исключением. Хотя, окажись я на его месте, то поступил бы точно так же.
— Но ты ведь сам отговаривал его? — выразила сомнение Гермиона. Судя по всему, это был тот самый случай, когда логика была вне игры.
— Разумеется, я ведь староста школы, — саркастично заметил Драко, в ответ на что Гермиона театрально закатила глаза. — В любом случае я бы не стал докладывать об этом МакГонагалл.
— Но он ведь нарушил правила, подвергнув жизнь одного из учеников опасности. Где же твоя ответственность и добропорядочность, староста школы? — передразнила его Гермиона, поправляя перекинувшийся за спину край шарфа.
— Защита беспринципных подонков, которые вторгаются в личное пространство девушек и не умеют мириться с отказом, не входит в мои полномочия, — слова Драко в отношении Нейта Флеминга так и сочились ощутимой неприязнью. Сам факт того, что даже он был наслышан о недостойном поведении когтевранца, говорил о многом. — Не думаю, что такие, как он, заслуживают, чтобы с ними обращались по-человечески.
Гермиона слабо кивнула, соглашаясь с его позицией. Чего греха таить, она и сама испытала некое удовольствие, наблюдая за тем, как поспешно Флеминг ретировался с поля, производя впечатление до смерти перепуганного зверька. Возможно, это было жестоко, но этот мерзавец, в свою очередь, совершенно не заботился о чувствах обиженных им девушек. А после того, как он несколько раз чуть не скинул Джинни с метлы, Гермиона и вовсе расстроилась, что он отделался малой кровью. Такие, как Нейт, никогда не понимали простых слов, поэтому перевоспитать их можно было исключительно грубой силой. Оставалось надеяться, что события сегодняшнего дня и впрямь послужат для него хорошим уроком, который еще не скоро забудется.
Вскоре Драко остановился возле небольшого здания, напоминающего крытый загон для животных, позади которого возвышался Запретный лес.
— Мы пришли.
— Если честно, то я не совсем понимаю, зачем мы здесь, — Гермиона обвела изучающим взглядом незнакомую постройку, после чего вновь посмотрела на Драко, надеясь, что хотя бы сейчас он объяснит ей цель посещения этого места. За годы учебы в Хогвартсе она еще никогда не была здесь, поэтому слабо представляла, что может ждать ее внутри.
— В этой конюшне находится тот самый пегас, которому ввели мою кровь, — запустив руки в карманы пальто, Драко искоса посмотрел на загон. По его нечитаемому выражению лица сложно было понять, какие именно чувства он испытывает, находясь в этом месте, но сам факт того, что он пришел сюда, о чем-то да говорил. — Возможно, это глупо, но мне захотелось увидеть существо, благодаря которому у меня появился шанс излечиться от проклятия.
— Послушай меня, это не глупо, — Гермиона подошла к Драко и обняла его за талию, после чего потерлась щекой о шершавую ткань его шерстяного пальто. — Окажись я на твоем месте, то непременно поступила бы так же.
— Я сделаю все, чтобы ты никогда не оказалась в подобной ситуации, Грейнджер, — Драко одной рукой приобнял девушку за плечи, после чего положил подбородок ей на макушку. — Даю тебе слово.
Слегка запрокинув голову назад, Гермиона оставила легкий поцелуй на его точеной скуле, тем самым выражая все то, что не способна была передать словами. Она знала, что Драко поймет ее чувства через этот мимолетный контакт.
Вдруг в загоне послышалось громкое ржание пегаса. Спустя мгновение двустворчатая деревянная дверь отворилась, и на пороге возник Хагрид. Великан заметно опешил, застав молодых людей, на протяжении долгих лет связанных отнюдь не самыми теплыми чувствами, в объятиях друг друга. Если бы вчерашним вечером он выпил пинту-другую медовухи, то всенепременно списал бы это видение на повторно настигнувшее его алкогольное опьянение.
— Кхм-кхм, — Хагрид деланно прочистил горло и отвел взгляд, словно испытывая смущение от того, что нарушил столь личный момент уединения. — Снежинка взбунтовалась, и я… Я решил проверить… — несвязно забормотал Хагрид, стараясь смотреть куда угодно, только не на Гермиону и Драко. — Она давно ждет вас.
Великан открыл двери и жестом пригласил молодых людей пройти внутрь. Когда Драко перешагнул через порог и устремился вглубь конюшни в поисках пегаса, Хагрид придержал Гермиону за локоть и, убедившись, что слизеринец отошел достаточно далеко, чтобы не услышать их, заговорил:
— Гермиона, не пойми меня неправильно, но что ты здесь делаешь? Я знал, что Малфой собирается навестить Снежинку, но никак не ожидал, что ты придешь вместе с ним. Если он что-то с тобой сделал, то моргни три раза. Батюшки, а если это Империус? — все тем же полушепотом принялся рассуждать Хагрид, предполагая наиболее худший вариант. — Директор МакГонагалл наверняка знает, что с этим делать. Она очень умная женщина и непременно поможет тебе.
Не в силах сдержать улыбку, Гермиона приобняла Хагрида в надежде снизить градус его беспокойства. Казалось, еще чуть-чуть, и он точно побежит в замок за подмогой.
— Хагрид, он ничего со мной не делал, правда.
— Но как же так получилось, что вы… Но ведь он… А ты… — не зная, как выразить свое удивление, великан лишь беспомощно развел руками. Сейчас ему и впрямь с трудом удавалось подбирать слова, что уж там говорить про составление полноценных предложений. — Должно быть, в делах любовных я полный профан. Неудивительно, что Олимпия перестала отвечать на мои письма, — удрученно вздохнул он, предаваясь воспоминаниям о директоре Академии Шармбатон.
— Это долгая история, — сухо ответила Гермиона, надеясь, что Хагрид поймет, что сейчас не самое подходящее время, чтобы обсуждать эту тему. — Но могу тебя заверить, он изменился. В противном случае я бы не подпустила его к себе. А что касается мадам Максим, так это она полный профан в любовных делах, раз отвергла тебя, — и глазом не моргнув сказала Гермиона, стараясь приободрить заметно поникшего Хагрида, который явно питал к директору Шармбатона теплые чувства, которые, как оказалось, не были взаимными.
Великан тоскливо улыбнулся, но все же кивнул, тем самым благодаря Гермиону за слова поддержки.
— Уверена, что он не опоил тебя любовным зельем? — все никак не унимался Хагрид. Ему и впрямь было сложно поверить в то, что эти двое не просто поладили, но и полюбили друг друга. По крайней мере, их объятия навряд ли можно было назвать дружескими.
— Абсолютно, — деланно положив руку на сердце, заявила Гермиона.
— Тогда я буду ждать тебя в своей хижине на чашечку чая. Если разговор предстоит непростой, то могу плеснуть тебе капельку бренди, только ни слова директору МакГонагалл, — Хагрид заговорщически подмигнул Гермионе и повел ее по направлению к тому самому загону, в котором находилась Снежинка.
После того как Гарри и Рон покинули Хогвартс, Гермиона достаточно редко виделась с Хагридом в силу тех или иных обстоятельств. И лишь сейчас, поговорив с ним по душам, она как никогда пожалела о том, что не сделала этого раньше. Этот добродушный великан всегда умел выслушать и поддержать ее в трудную минуту, за что Гермиона была ему несказанно благодарна. А то, что он не стал выражать недовольство, узнав про их с Драко отношения, и вовсе было бесценно.
Свернув за угол, Гермиона увидела Драко, ласково поглаживающего белоснежную лошадь по загривку. Услышав чужие шаги, пегас фыркнул и повернул голову в сторону источника шума.