«Ты постоянно падаешь», – всплыли в голове слова мужчины.
Черт! Да он же и не спал совсем ночью. Конечно, он уехал. В конце концов Алекс даже сделал больше, чем я ожидала: и Милану довез, и меня довез. Возможно, даже, подождал несколько минут около больницы. Ради приличия, естественно.
Я уже завернула в сторону главного холла, как вдруг удивленно замерла, чуть не выронив справку из рук. Прямо напротив стойки администрации, на одном из тех узких металлических стульев, которые, кажется, специально проектировались для пыток, сидел Алекс. Его голова была запрокинута назад, открывая вид на четкую линию челюсти, ноги вытянуты, а руки скрещены на груди. Пронин спал. И по всей видимости очень неудобно.
«Ты постоянно падаешь», – снова я вспомнила слова Пронина, когда тот удерживал меня от падения в полицейском участке. Неужели он сидел и стерег меня так всю ночь?
Я стояла в десяти метрах от мужчины и смотрела на него, чувствуя, как внутри что-то странно сжимается. Весь его наглый вид, шантаж и бесконечные подколы… Они куда-то испарились. Сейчас я видела ужасно уставшего мужчину, не спавшего из-за меня всю ночь. Он приехал за мной по первому звонку, довез до дома мою подругу, не бросил меня одну в больнице. Он зачем-то помогал мне. Зачем-то сидел тут и ждал меня, чтобы… чтобы что?
Я осторожно подошла к Пронину и, аккуратно положив рядом с ним справку, пошла в сторону кофейного автомата. Выудив из рюкзака сторублевую купюру, я засунула ее в автомат и стала наблюдать, как оттуда, с раздражающим гудением, в стаканчик наливается что-то немного похожее на капучино. Высыпав по одному пакетику сахара в каждый из стаканов, я направилась к Алексу.
Он продолжал спать. Даже тогда, когда я, садясь рядом, случайно задела его локтем. Я просидела рядом с Прониным, кажется, минут семь, прежде чем он, резко вздрогнув, открыл глаза.
Секунду он непонимающе смотрел на кафельный пол, а затем сфокусировал взгляд на мне.
– Все? Ты закончила? – хрипло спросил он.
– Угу, – кивнула я и протянула ему стакан с кофе. – Держи.
Алекс медленно взял стакан и, почувствовав тепло (которое еще осталось от почти десяти минут пребывания у меня в руках), окончательно пришел в себя. Его взгляд вмиг стал насмешливым, а на щеке снова появилась ямочка.
– О-о-о, – протянул он, рассматривая стакан. – Какая послушная девочка. Сделка только началась, а ты уже таскаешь мне кофе.
– Сильно не обольщайся, – я встала и начала застегивать куртку. – Я туда плюнула. Дважды.
Алекс замер со стаканом у губ и подозрительно прищурился. Ехидно улыбнувшись, он посмотрел мне прямо в глаза и демонстративно сделал большой глоток.
– Хочешь меня отравить?
– Эх, если бы, – театрально вздохнула я. – Но боюсь, что тебя не убьет даже мышьяк. Так что не волнуйся, мои слюни тебе ничего не сделают.
Пронин хмыкнул, качнув головой, и я услышала его негромкий смешок. Он надел шапку, и мы вышли на улицу.
7 Глава
Маша
Я мерила комнату шагами уже минут десять. Когда Алекс довез меня до дома полчаса назад, я рассчитывала на то, что лягу на свою мягкую кровать и быстро засну на часика два. До пар еще было четыре часа.
Однако сон не шел. Ни когда я лежала на правом боке, ни когда на левом, ни когда даже на спине.
Все мои мысли занимал Алекс. Точнее не совсем он, а его поведение. Я почему-то никогда не обращала внимание на то, что он… постоянно мне помогал. Не важно, был ли он занят, он всегда приезжал ко мне, если я просила. Или Макс просил.
Конечно, это из-за того, что я сестра его лучшего друга. Только из-за этого, да. Но в сердце почему болезненно щемило от осознания того, что он сейчас плохо себя из-за меня чувствует.
– Давай, Машуль. Ты же у него на побегушках, правильно? Правильно! – шептала я, продолжая выхаживать по кругу. – А значит должна ему приготовить завтрак, правильно? Наверное, правильно.
Кивнув в знак согласия, дабы убедить себя саму, я нацепила свои мягкие тапочки и вышла из квартиры.
План был простой: открыть дверь, проникнуть на кухню, приготовить завтрак, выслушать смешки. В целом, не так сложно.
Оказавшись около двери, ведущей в квартиру Алекса, я мысленно перекрестилась и дернула ручку. Та нажалась, но дверь открывать отказалась.