– Да что ты? А по-моему, моя голова тебе очень понравилась. Особенно волосы, – я деловито сложила руки. – Ты от них отлипать не хотел.
– Именно так, мелкая, – Алекс щелкнул меня пальцем по носу и, широко улыбнувшись, пошел в сторону лестницы. – Я в душ.
– Именно так, – передразнила я Пронина, стоило ему подняться наверх. – Козел!
Поставив две тарелки с творогом на стол, я вышла из квартиры Пронина и направилась в свою. Да, я провожу слишком много времени у Алекса, но это не значит, что я буду принимать душ у него.
Заплетя после душа косу в надежде, что мои волосы станут хоть наполовину такими же кудрявыми, как у моего брата, я спустилась на первый этаж.
– Ты сбежала, – сразу отчитал меня Алекс, стоило мне зайти на кухню.
– Что ты делаешь в моей квартире?
– Завтракаю.
Я подошла к столу и, скинув со своего стула ноги Алекса, села. Запах кофе ударил в нос, и я машинально улыбнулась.
– Так почему ты сбежала? – спросил Пронин и начал есть творог.
В груди что-то на секунду кольнуло. Алекс мало того, что перенес завтрак сюда, так он еще и ждал меня, чтобы вместе позавтракать. Да, вполне возможно, что я просто глупая дурочка, но… но это было мило. И приятно. И неожиданно.
– Я не сбежала. Я просто пошла в душ, – ответила я и сделала глоток уже немного остывшего кофе.
– И ты собиралась вернуться?
Я замерла с кружкой около рта и посмотрела на Алекса. Вопрос прозвучал слишком… не знаю. Какая ему разница собиралась я вернуться или нет? Я медленно поставила кружку с кофе на стол. Мужчина не усмехнулся. Он продолжал серьезно на меня смотреть, ожидая ответа.
Я собиралась вернуться? Да. Наверное, именно так.
– Не зря же я готовила себе кофе, – начала я и уткнулась носом в тарелку, стараясь не смотреть на Пронина. – Поэтому думаю, что да. Возможно.
Алекс ухмыльнулся, и я заметила боковым зрением, как он взял кружку в руки.
– Ешь. У нас мало времени.
– В смысле «мало времени»? – я прищурилась и снова посмотрела на Пронина. – У меня вообще-то пары.
– Нет у тебя никаких пар, Кострова, – Алекс взял наши тарелки и подошел к раковине. – Соколова слегла с простудой. Ты и сама это знаешь, не так ли? – мужчина повернулся ко мне и, подмигнув, начал мыть посуду. – Не зря же ты вчера пирожные заказывала.
Я поперхнулась кофе и, откашливаясь, поставила кружку в раковину.
– Откуда ты знаешь?
– Я все знаю, мелкая, – Алекс сполоснул посуду и, поставив ее в кухонный шкафчик, развернулся ко мне. – Жду тебя через двадцать минут внизу. Одевайся теплее, сегодня обещают снег.
Пронин вытер руки и, похлопав меня по макушке, вышел из квартиры.
***
На катке было холодно. Нет, не так. На катке было бы тепло, если бы хмурый дядька в форме охранника не забрал мою куртку со словами «в верхней одежде нельзя». Что за дурацкие правила?
Я стояла у самого бортика, обхватив себя руками. Без куртки. В одной только черной водолазке.
Каждые несколько минут по ногам пробегал холодок, и я чувствовала себя в каком-то большом холодильнике, где меня специально морозили, чтобы я не испортилась.
«Северные волки» уже стояли в ряд, а Шашков на них ругался. Тихо. Видимо, чтобы я не сильно слышала о том, что эти парни «бездари» и «балерины».
Дав подзатыльник какому-то парню, который начал громко гоготать, Александр Викторович подъехал ко мне.
– Маша, Алекс сказал, что у тебя есть несколько… идей. Можем их обсудить?
– Да, конечно, – кивнула я, стараясь, чтобы мои зубы не начали выбивать чечетку. – У «Рысей» довольно агрессивная защита, но из-за Сусликова Семена левая часть катка часто пустует. Он любит быть в центре внимания, поэтому…
Я замялась, потому что очередной порыв ледяного воздуха заставил меня невольно вздрогнуть.
– Поэтому ваша цель выводить Семена на эмоции, не замечая его. Он слишком дерганый. Он хочет эффектно перехватить шайбу и поэтому «выбрасывается» на игрока, заранее заваливаясь в сторону. Если его игнорировать и не лезть на него, а играть через пас правее, он будет раз за разом проваливаться и беситься еще больше.