– А, Дима, это ты? Тогда понятно, почему запах такой волшебный, – я толкнула Макса локтем и хихикнула, на что тот лишь недовольно нахмурил брови и что-то пробубнил по типу «я вкусно готовлю».
Да, видеть у нас дома других игроков я привыкла. Все они жили в «Льдине». Просто кто-то ниже, а кто-то (чье имя совсем не хочется называть) и вовсе на одном с нами этаже. В общем игроки «Северных волков» часто ходили друг к другу в гости.
– Димочка, скажи мне, пожалуйста, что у нас сегодня на завтрак? – спросила я и уселась за барную стойку.
– Не называй его Димочкой, пьяница! – отругал меня брат и, поставив передо мной чашку капучино, целомудренно поцеловал в макушку.
– Да брось, ему нравится, – сказала я и посмотрела на затылок Черкасова. – Да, Димочка?
Мужчина повернулся к нам и, улыбнувшись, подмигнул моему брату. Дима был самым младшим в их команде, моим ровесником. Но это не отменяло того факта, что он был милашкой.
– Бон аппети, пьянчужка, – Дима поставил передо мной тарелку с фриттатой и лукаво улыбнулся.
– Ах ты! – я ткнула в его сторону вилкой и, очертив ею в воздухе круг, добавила: – Я обещаю тебя простить, если ты благородно спрячешь меня за своей спиной, когда Пронин придет требовать деньги за химчистку его машины.
Я страдальчески вздохнула и засунула в рот кусочек фриттаты.
– Дима, ты просто восхитителен! – пробормотала я с набитым ртом. – Выходи за меня, Черкасов.
Дима весело расхохотался, а Макс, который в это время отпивал свой кофе, поперхнулся и, сердито прищурившись, посмотрел на меня.
– Полегче с предложениями руки и сердца, сестренка, – разрушил мои мечты Макс. – Я не хочу видеть Диму в роли своего зятя.
– А ты закрой глаза, братец, – парировала я и, показав ему язык, хихикнула.
Моя улыбка стала еще шире, когда откуда-то из гостиной донеслась песня Натали:
«О Боже, какой мужчина. Я хочу от тебя сына. И я хочу от тебя дочку, и…», – играло на весь дом, пока Макс, наконец, не нашел свой телефон.
– Привет, Алекс. Что? Да, хорошо, я передам, – сказал брат. – Конечно, давай. Я напишу остальным.
Улыбку с лица как рукой сняло. И знаете, я почувствовала себя на эмоциональных качелях. Потому что только что мое настроение сделало «солнышко» и полетело вниз.
Макс начал что-то печатать, а я демонстративно засунула в рот еще один кусок фриттаты. Чертов Пронин, даже не появляясь тут, портит настроение.
– Она все еще злится, что он вытащил ее из бара, не дав дослушать Анну Асти? – вполголоса спросил Дима у Макса.
– Нет! – я угрожающе вскинула вилку. – Она злится, потому что этот… очень некультурный человек тащил ее к своей машине за шиворот, как блохастого кота!
– Ты же любишь котиков, Маш, – дразнил меня брат, отвлекаясь от телефона.
– И вообще! Он своровал мои туфли! – добавила я, вспомнив, как бежала босиком по асфальту.
– Он их не украл, Маш, – Макс усмехнулся. – Он как раз по этому поводу и звонил. Просил передать, что твои «чертовы копыта» освежают его машину. И он просил, чтобы ты сама их забрала, потому что он отказывается к ним прикасаться. Боится, что заразится.
Дима прыснул в кулак, а я, кажется, покраснела. Настолько была зла.
– Лучше бы боялся, что заразится от своей псины! – я допила свой кофе и, стукнув по столу кулаком, встала со стула.
Нет, вы не подумайте. Я очень люблю животных. Особенно собак. Но просто понимаете… Это же Алекс и его воспитание. Все, к чему прикасается этот человек, автоматически начинает враждебно ко мне относиться. Даже его доберман смотрит на меня так, будто я накакала в его тапочки. А ведь у него даже тапочек нет!
***
– Маш, ну почему ты мне не сказала?
Мы с Миланой, моей подругой, сидели у меня в комнате. Быстро пересказав ей сюжет вчерашнего дня, я откинулась на кровати.
– Ты бы не дала мне напиться, – ответила я подруге и тяжело вздохнула.
– Семен того не стоит, – Милана легла рядом со мной и повернулась в мою сторону. – И ты это знаешь.